Долгождана и князь-отступник

Разделишь ли ты её со мной?

Жданка убрала руку жениха, обнимавшую её стан, пошевелила бровями. Хотела уже спрыгнуть на дорогу, но спросила:

— А что за дар-то? Что за ночь?

— Дар взлететь над землёй на моём Игрунке, увидеть другие земли и даже страны.

— Не можно человеку летать, как птица… — недоумённо пробормотала Жданка. — Противно это природе человека. Земля притянет и убьёт отступника.

— В эту ночь можно, — снова улыбнулся Ратдор.

И тут в девке пробудился норов её батюшки, которого невозможно было обхитрить и прельстить.

— Так через год после свадьбы снова будет такая ночь, — сказала она.

Ратдор нежно склонил к ней лицо. Его глаза засияли звёздами, скользнули по Жданкиной груди и животу. Девка поняла и вспыхнула. Любовные страсти терзали её уже целый год. Но она почему-то никогда не думала о детях. И ей стало страшновато. Быть матерью — это столько хлопот. А уж женой воина и купца — ещё больше. Некстати вспомнились ночи, когда матушка не могла спать, дожидаясь отца с обозами из княжьего города.

А если князь снова призовёт Ратдора в дружину?! Да она же тогда с ума сойдёт! И тут же в голову закрался вопрос. Ну не могла Жданка жить без этих вопросов, которые принесли ей столько неприятных минут!

— Ты, как ведун, видишь то, что будет?

— Я не ведун и ничего не вижу. Я просто знаю, — серьёзно сказал Ратдор какую-то несуразицу.

— Значит, ты твёрдо можешь сказать, быть ли нашей свадьбе?

— Сказать можно всё, что угодно, — со вздохом ответил Ратдор. — Но тебе отвечу прямо: любому событию и предсказанию даже такой ведуньи, как моя матушка, может что-то помешать.

Или поспособствовать. Таков уж мир. Иначе бы он напоминал высеченные на камне изображения. Такие однажды ты нашла со своим другом Вячко, когда вы были детьми.

— Ты знаешь Вячко? — удивилась Жданка.

— Его знает моя мать. И те изображения тоже знает. Мне самому приходилось видеть Вячко. В лесу, издали…

— А то, что меня соберётся забрать к себе леший, ты тоже знал заранее? Или матушка подсказала? — Жданка перескочила на другой вопрос, который тоже мучил её со дня последнего посещения пруда.

— Знал, моя наимилейшая невеста, что за тобой, как за настоящим сокровищем, будет охотиться всякая нечисть, нежить и чёрное ведовство. И твой норов знал, что не уклонишься от опасности, сделаешь всё для спасения достойного и недостойного ближнего.

— Так ты соглядатайствовал?

— Конечно. Я против обычая сватовства втёмную. Ведь не покупают же на ярмонке порося в мешке.