Жена напоказ

— Что же, хочешь сказать, что ты соскучился? — Ренельд глянул на брата через плечо.

— Не обольщайся, — тот коротко рассмеялся, — у меня к тебе весьма серьёзная просьба. Дело в том, что управляющего винодельней Шато д’Амран несправедливо обвинили в жестоком нападении на Фабриса д’Амрана. Вышел у них некий конфликт… Так вот Мари очень не хочет, чтобы её работника на несколько месяцев заперли в тюрьме. Однако свидетели — конечно же, подставные — против него. Как и гневное заявление Фабриса. И надо посодействовать…

“Посодействовать в том, чтобы затащить нашу Конфету в постель? — возмутился шинакорн, едва не подпрыгнув на месте.

— Эй, Рен. Ты слышал?”

— Что слышал? Глупости про “постель” и “нашу Конфету”? — мысленно обратился Ренельд к псу, краем уха слушая объяснения Ксавье. Он давно уже научился расщеплять внимание так, чтобы не упускать ничего из внутренней и внешней информации. Хоть первые месяцы, а может, и целый год после появления у него Лабьета приходилось очень трудно.

“Что-то тебе не смешно от моих глупостей”.

Пёс сокрушённо чихнул и снова опустил голову на лапы.

— Ну а как ещё это назвать? Ксавье и мадам д’Амран взрослые люди, а что ещё более важно, самостоятельные. И сами разберутся.

“Ага, я вижу, какой Ксавье самостоятельный”.

— У тебя есть связи в Магдепартаменте. Мне же пока вход на такие верха заказан. Ты можешь решить всё по щелчку пальцев, Рен, — закончил братец пространную и весьма подробную просьбу.

— Так, значит, я пойду к префекту ради управляющего винодельней.

Чтобы тот повлиял на судью, прокурора или ещё кого-то, от кого зависит судьба этого виноградаря. Его оправдывают и отпускают с миром. Дела на винодельне сразу идут в гору. И преисполненная благодарности графиня с разбегу бросается на шею своему спасителю и заступнику. То есть тебе. А я, как истинный герой, остаюсь в тени и со слезами умиления наблюдаю за этой трогательной сценой. Я ничего не упустил?

— Рен, — Ксавье мгновенно помрачнел, — к чему ты клонишь?

“И мне интересно, — поддакнул Лабьет.

— Тебе же вроде как всё равно. И ты у нас любитель оставаться в тени. Разве нет?”

— Я к тому, что, прежде чем раздавать обещания, нужно думать, потянешь ли ты такую ответственность.

“Языком трепать — не землю копать”, — едко добавил шинакорн.

— Я хотел помочь ей и в другом, — досадливо поморщился братец. — Отправить к ней садовника из Энесси. Но тот, оказывается, несколько дней назад уехал. Мать дала ему небольшой отпуск. Как назло! Да, я пообещал.