Жена напоказ

Старалась контролировать всё так, как учил меня Эдгар.

К слову, я как раз была на винограднике, что располагался в долине имения Эйл, буквально на днях. Проверяла вместе с Переттом и другими работниками, как перезимовали нежные южные лозы. И если уж управляющий просит снова приехать, значит, случилось что-то важное. Но что-то, о чём он опасается напрямую сказать в письме.

Потому, уже ничуть не мешкая, я переоделась сообразное выезду платье и отправилась на винодельню. По дороге несколько раз перечитала послание управляющего, отчего растревожилась только сильнее.

Карета резво спустилась по мощёной дороге с горы, на которой вот уже вторую сотню лет стояло имение Эйл, и покатила по улочкам небольшого городка Пайет. Жители его почти все так или иначе были заняты на работах в одной из самых крупных виноделен королевства — Шато Д’Амран. И не просто самых крупных, а самых известных и укрепляющих своё имя всё больше год от года.

И чего бы мне хотелось меньше всего, так это опорочить память своего мужа слухами о том, что на виноградниках что-то не в порядке.

Или некими грязными делами, что могли сейчас закрутиться с лёгкой руки его сына.

Управляющий Перетт Орм встретил меня почти у самых ворот. Подал руку, помогая сойти, и задержал мою ладонь в своей на какую-то долю мгновения дольше необходимого. Я уже давно заметила за ним такую особенность — ещё в то время, когда Эдгар был жив.

Порой Перетт давал себе такую ничтожную волю — дотронуться до меня как бы невзначай или пожать руку, когда это было, в общем-то, не нужно.

Причём умудрялся делать это так, что я скорее склонна была бы подумать, будто мне мерещится. Но взгляд Перетта только подтверждал все мои подозрения на его счёт.

Впрочем, я всё равно старалась делать вид, что ничего не замечаю. Даже цветов, что он время от времени оставлял у меня на рабочем столе. Такую вольность он начал позволять себе уже после смерти Эдгара.

— Я рад, что вы приехали так скоро, ваше сиятельство. — Закончив свой привычный ритуал с пожатием моей руки, Перетт торопливо её отпустил.

— Честное слово! Творится что-то неладное.

Он шумно вздохнул и устремил взгляд вдаль.

— У вас, месье Орм, каждые две недели творится что-то неладное, — мягко укорила я его.

Но пусть лучше управляющий будет слишком бдителен, чем недостаточно. К тому же на этот раз предчувствие подсказывало мне, что беспокойство Перетта вовсе не пустое. Он сегодня как-то особенно бледен, на аристократично впалых щеках двухдневная щетина.