Хозяйка Проклятой Пустоши. Книга вторая

– Ладно, пойдем, посмотрим, что можно сделать, – недовольно сказал Дхан. – Значит, говоришь, никто пока не заподозрил, что в доме пленные?

Теневик замешкался, не зная, куда идти, но Асем ничего не заметил и направился вглубь дома. Дхан подал знак, и мы послушно двинулись за ним.

– Никто пока не догадался! Но вы ведь говорили, что всего пару дней подержать их, а в результате почти месяц они сидят в подвале, – управляющий патетично заломил руки. – Пока вы их усыпляете, еще ничего, но без вас даже неделю я не продержусь.

Через черный ход мы попали на задний двор и зашли в какой-то сарай. Асем сдвинул небольшой коврик, прикрывающий люк, и с трудом откинул крышку.

– Приходится спускаться к ним дважды в день, кормить, а у меня колени, – жаловался он. – Мальчишка и вовсе малохольный оказался, начал кашлять, а девчонка – тварь несговорчивая – трижды порывалась сбежать, орала, на помощь звала! Вы, как спуститесь, дверь придержите, чтобы девчонка не выскочила.

Лестница была крутой, но достаточно широкой: два человека вполне могли спускаться тут бок о бок.

Приоткрыв дверь, управляющий угодливо пропустил лже-Исхрема внутрь, я проскользнула следом, а Дэлор встал в дверях.

В нос ударил запах нечистот, мои глаза не сразу привыкли к темноте, а потом к тусклому светлячку, который сорвался с пальцев ди Соро. Однако когда я разобрала, что вижу, то внутри поднялась такая злость, что этого Асема захотелось придушить.

На сваленных в кучу тряпках сидела худенькая девочка лет восьми. У неё на коленях лежал мальчик, примерно шести лет.

Она пыталась укутать малыша, но тряпок не хватало. В подвале было холодно и сыро. Девочка сначала сощурилась от скудного света, а затем оглядела нашу компанию. Взрослый взгляд больших глаз на изможденном детском лице поразил меня в самое сердце.

Без приказа, нарушив все инструкции Дхана, я присела рядом с мальчиком, и положила ладонь ему на лоб. Температура! Не просто температура, ребенок горел! И тут же перейдя на магическое зрение, констатировала:

– Мальчик умирает.

Словно не мой голос, настолько страшным и безжизненным он был.

– Как ты это допустил?! – прорычал Дхан. – Почему не дал детям теплых вещей?!

– У них есть одеяла… – проблеял этот урод.

– Они отсырели, – пробормотала я, судорожно размышляя о том, чем помочь ребенку.

Надо сказать, раздел целительской магии я изучила очень избирательно: только то, что касалось моей болезни и еще пару заклинаний от порезов, обезболивающие и тонизирующие чары.