1. Анастасия. Дело для нежной барышни (псевдоним: Тата Орлова)

Она как раз цвела, распространяя вокруг себя пьянящий аромат, так что пройти мимо было просто невозможно. 

Присев на скамейку, которую поставили специально для нас – в жаркие дни мы иногда сбегали втроем из департамента, чтобы заняться текущими делами в более приятной обстановке, приготовилась ждать. 

Чем ближе подступал момент встречи, тем мрачнее становились мои мысли. То, что еще недавно казалось забавным приключением, теперь выглядело совершенно иначе. Понятно, что помочь графу Паррей и рассчитывать на его благодарность, дорогого стоило, но ведь был еще и князь.

Да и сама Аннет... Заслуживало ли ее будущее подобного розыгрыша и тех неприятных минут, которые ей предстояло пережить?!

С одной стороны, ответ очевиден – да!  Уж лучше сейчас, чем потом, когда ничего нельзя будет изменить. С другой стороны...

Из раздумий вывел едва различимый звук шагов. Тут же кольнуло ладонь – сработало оставленное мною заклинание, предупреждая, что идет именно князь. Через минуту показался и он сам.

- Госпожа Анастасия, - остановился Северов напротив. Дождался, когда я поднимусь со скамейки, продолжив только после этого: - Стоит признать, вы сумели меня удивить. 

- Извините за предосторожность, князь, - глубоко вздохнула я, чтобы хоть как-то унять взбесившееся сердце. 

Никогда раньше так не волновалась при встрече с мужчиной, теперь же готова была сбежать, не справляясь с собственными чувствами. 

- Вас разыскивает жених, - добавил он мне повод для смущения.

- Все не совсем так… - начала я, недовольно качнув головой. Вот ведь… глазастый. – Возьмите, - вытащила я из потайного кармана в широкой юбке конверт. – Здесь официальное прошение осветить некоторые факты жизни Ольги Вертановой. 

- Дочери графа Вертанова? – переспросил он. Когда я кивнула, посмотрел на меня с любопытством: - Неожиданный интерес!

- Поверьте, у меня есть для этого основания, - мои слова звучали весьма убедительно.

- Насколько я понимаю, - принял он мой ответ, - вся эта таинственность связана в первую очередь с Елизаветой Николаевной?

- Ваша проницательность делает вам честь, - вздохнула я с некоторым облегчением. Князь оправдал мои ожидания. – Мне бы не хотелось, чтобы ей стало известно о моей просьбе.

- Не уверен, что это правильно, - довольно категорично заявил он.

- Это – правильно, - подавая ему конверт, твердо произнесла я.