По снегу босиком, вместе

Она не делает предсказаний сейчас, ей ведь рожать со дня на день. Но как я ее не отговаривала, как ни просила… Мне многое было предсказано. Кое-что тебе точно теперь нужно знать.

Получалось у нее говорить очень сбивчиво: горло опять пересохло, руки дрожали. Под пристальным взглядом Канина Арина вдруг задрожала сама.

— Аринушка. Остановись. Ты уверена?

Она понимала, о чем сейчас Павел. Предсказания Ге были не просто словами. Богиня - оракул давала их редко и только в случаях жизненно-важных.

— Да. Не мешай мне и слушай: пройдет совсем не так много скоротечного времени, и наши дети соединятся, дав начало новому и великому роду.

Это предначертано так же непреложно и неизменно, как само существование этого мира. У меня будут двое: сын и дочь. Ты понимаешь?

Павел встал, судорожно запустив в волосы пятерню, и метнулся к окну кабинета. Подлетев к подоконнику ударом руки распахнул его створки, словно задыхаясь от услышанных только что слов.

Обернулся, дыша тяжело. Он оживал на глазах. Надежда, тоненькая, как волосок, воскрешала великого.

— Это правда.

Не спросил, утверждал. Принесенная ведьмой клятва исключала возможности.

— Можешь не спешить с дарственной, кстати. Все равно приберем все к рукам. Сам понимаешь: невестка с кровью демонов…

Тень улыбки мелькнула на сером лице.

— Что мне делать теперь? Ты… знаешь?

— Мне кажется, стоит закончить здесь все дела и возвращаться. Ждать сына и верить. Что бы теперь не случилось, у нас есть они, понимаешь?

— А ты прекрасно решила головоломку кольца.

Оставила при себе целого своего полудемона. Элегантно. Можно тебя попросить?

Вопросительно посмотрела. Он быстро вернулся, плотно окно заперев. Подошел и присел рядом на корточки.

— Назови ее Кира. Не спрашивай только меня, почему. Обещаешь?

Арине имя понравилось. Что-то в душе отозвалось радостью и согласием. Улыбнулась в ответ.

— Она совершенно не против.

Напротив нее сидел бесконечно уставший, но все же живой человек. У ведьмы все получилось. Пусть эта маленькая победа в борьбе за жизнь принесет облегчение ее вечному Путнику.

Паша, продолжавший смотреть на нее очень внимательно, вдруг взял ее руку и поцеловал, прямо глядя в глаза.

— Я совсем не оракул, дорогая моя почти-родственница. Но поверь древнему: он вернется. Я успел ощутить его сущность. Азеркин, которому никто в этом мире не может солгать, сам себе совершенно не верит. Он пройдет этот путь и мы вместе еще посидим у камина за отличной беседой. Как родственники.