Хозяин Колдовского Двора

Его разум старательно отвергал факт того, что позвоночник как будто сковало льдом.

— Для вашей расы предусмотрено четыре этажа, — голосом опытного лектора заговорил Эсанж, — на каждом из них уже есть гости. Конечно же, никого из них мы не станем беспокоить и просить переселиться, чтобы освободить для вас крыло. Свободных апартаментов и вовсе нет, есть только комнаты. Да и на вашем теле, ауре и ментальном образе я не вижу повреждений, которые непременно бы требовали особых условий для расположения.

А моя встречающая обслужит вас хоть ночью, хоть днем только в случае, если прямо здесь и сейчас окажется, что вы любовь всей ее жизни.

Эсанж повернул голову к Анне. Она отрицательно замотала головой.

— Видите, даже здесь промах, — с наигранным сочувствием вздохнул Хозяин Двора. — Поэтому, по всей видимости, мой Двор не в состоянии удовлетворить ни одно из ваших требований.

Оборотень некоторое время тупо пялился на Эсанжа, а потом, как почти все представители подобных рас, резко и всерьез разозлился.

Грубые черты обострились еще больше, сделав его лицо похожим на звериную морду. Действительно, медведь.

Он в полтора шага преодолел крохотное расстояние, разделявшее его с Хозяином Двора, схватил того одной рукой за воротник и подтянул к себе, почти оторвав от земли.

— Вздумал веселиться, мелкота, — прорычал он прямо ему в лицо.

Алдома качнуло вперед, но его остановил повелительный жест Хозяина, предугадавшего поведение подчиненного.

Встречающий подчинился и замер, напряженно наблюдая за происходящим.

Эсанж скосил глаза на могучую руку, что его держала, положил сверху свою ладонь и почти с нежностью погладил грубые пальцы. Оборотень вздрогнул всем телом, на его лице промелькнула гримаса неимоверной брезгливости. Она-то и сменилась выражением боли, когда Хозяин Эмгры схватил ладонь оборотня с такой силой, что тому пришлось сжать зубы, лишь бы сдержать крик.

Эсанж резко вывернул руку разбушевавшегося посетителя, и тот, подчиняясь импульсу тела, желавшего любым возможным способом вырваться из мертвой хватки, упал на одно колено. Все это не потребовало от Хозяина особых усилий.

— Знаете, есть вещи, которые меня тоже сильно раздражают, — Хозяин Двора продолжал говорить спокойно. Взгляд у него тоже был бесстрастным, коленопреклоненный оборотень не вызывал ни злорадства, ни удовольствия.