Пять причин убить тебя

Неужто она одна из учеников-лекарей, прибывших для обмена опытом с Эльвинии? Не рано ли? Их ждали только на следующей неделе.

- Чистильщик. - с неприязнью сказал Карьян, - К ней лучше близко не подходить. - но Нэйвир, вопреки словам друга, слишком пристально смотрел на неё.

- Чистильщик, да? - переспросил он.

- Даже не думай, Нэйвир, она же убийца. Ты ещё не слышал, как она твоего отца заткнула и по струнке заставила ходить. - но Карьяна уже никто не слушал, его друг шёл к Чистильщику и, кажется, растерял последние остатки здравомыслия.

Нэйвир от слов Карьяна отмахнулся, мол, да кого вождь вообще волнует. После победы в последнем турнире другие острова начали распускать слухи, что силён Нэйвир лишь из-за Арамар. Больным дракон не был, но пустые сплетни порядком достали.

И вот, на пять лет раньше положенного, Чистильщики нагрянули на Саркту с осмотром. Значит им донесли и они пришли за ним. Нет, она пришла за ним.

Пришла убить его.

Нэйвир сглотнул, чувствуя странную предвкушающую дрожь во всём теле.

- Вам помочь? - раздался над головой голос.

Ингвильд поджала губы, не желая поднимать на мерзкого дракона-островитянина глаза, они не увидят ни её слёз, ни мгновенье слабости. Не нужна ей их жалкая лживая доброта!

- Убирайся. - прошипела она, не сдерживая клокочущей ярости, - Иначе пожалеешь. - как же ей хотелось избить тех подонков, что её толкнули, но злость была настолько велика, что Ингвильд бы любой сгодился мальчиком для битья.

- Понял. - коротко произнёс Нэйвир, отступая.

Из головы не выходило, как она израненными руками перебирала осколки, одна, сидя под ледяным ветром на сырой земле, в месте, где все для неё были врагами.

Он наблюдал за ней издалека, держась на расстоянии. Всё же пророчество пророчеством, а злить Чистильщика лучше не стоит.

Ингвильд ещё раз перебрала осколки, слила остатки зелья со дна сумки и достала из пространственного хранилища плащ, плотно завернув в него склянку с зельем. И побрела к дому, прижав к себе зелье.

Такой сломленной и беззащитной она чувствовала себя лишь раз, в день, когда потеряла всё.

Дом оказался просторным, внутри пахло свежей древесиной. На первом этаже расположилась небольшая банная комната с горячим источником и просторный зал со столом, каменный очаг, встроенный в пол, и подвесные полки на стенах.

Слева от двери небольшой закуток - там хранилась посуда и стояла бочка с пресной водой. В полу небольшой люк в погреб.