Требуется жадная и незамужняя

Держась подальше от леса, поближе к особняку, медленно брела по дорожке. Сегодня я была в белом струящемся платье из такого тонкого и легкого материала, что оно почти не ощущалось на теле. Ветерок гулял со мной, играя ветвями цветущих деревьев и подолом белого платья. Он словно предлагал забыть все тревоги и просто раствориться в умиротворении природы. Я бы так и сделала. Я бы попыталась расслабиться и отпустить страхи…

- Мама! – словно в самое ухо, закричал в тревоге звонкий и такой знакомый детский голосок у меня в голове.

Не во сне, а сейчас, наяву. Я замерла, ничего не понимая, как он снова закричал:

- Обернись!

Я, не раздумывая, обернулась.

Как раз в тот самый момент, чтобы увидеть сверкнувший на солнце холодным блеском занесенный нож.

- Нельзя, чтобы это чудовище родилось! – закричал убийца и ударил меня прямо в живот.

Я не успела даже пискнуть. Или увернуться. Или хоть как-то себя защитить.

Тело охватило странное сияние, формируясь вокруг меня сферой.

Нож, не успев добраться даже до кожи, увяз в этом сиянии по самую рукоять. Убийца надавил сильнее, потом дернул обратно, однако оружие застряло и не поддавалось его усилиям.

- Умри, чудовище! – рычал убийца, лица которого я не могла увидеть из-за сияния.

Не могла я и двигаться. Сфера приподнялась над землей, а я будто зависла в гигантском мыльном пузыре.

Время словно замерло. А потом потекло вновь. Но уж без меня.

Убийцы больше не было, он убежал, в ужасе от того, что произошло с хозяйкой Чернолесья.

Но сфера, защитившая от смерти, продолжала удерживать меня в плену. Подавляя волю. Погружая в мутный полусон.

Это было странное ощущение. Словно мир вокруг меня продолжал существовать, двигаться, жить. А меня будто не было. Или не так. Я существовала, но как бы отдельно, за пределами реальности, созерцая ее со стороны.

И пребывала в дурмане. Глаза видели, как ходят в саду люди. Как меняется время суток, мелькая синелунной тьмой и солнечным светом.

Как осыпаются лепестки с отцветающих деревьев. Глаза видели, а мозг воспринимал всё это словно сквозь сон. Иногда он просыпался, ненадолго и не полностью. В те моменты я видела Ле Ёна. Чаще всего он просто стоял и смотрел. Я понимала, что это он, хотя сквозь мерцание сферы фигура расплывалась, а лицо мутнело. И всё же это был Ле Ён. Или мне так хотелось, чтобы это был он. А еще мне хотелось с ним поговорить.