Юля. Я буду счастливой

Было так стыдно, что на глаза навернулись слёзы.

И тут я осознала, что кто-то бережно прижимает широкой ладонью мою голову к своей груди. Оказалось, что я спала в объятиях мужчины. Осторожно приоткрыв один глаз, я увидела, что во сне практически полностью залезла на Дмитрия. Не много подумав, я вновь положила голову на его грудь. Мне было очень плохо.

— Неправда, ты не чудовище. Ты лучше многих, тех, кого я встречал. — тихо проговорил Дмитрий. — То, что случилось вчера, — череда нелепых случайностей.

Никто не подумал о том, что морс может забродить, и уж тем более никто не предполагал, что у тебя может быть аллергия на алкоголь. Подумаешь, молодая и красивая женщина немного повеселилась. Ничего плохого ты точно не делала.

Ну-да, ну-да.

Я еще несколько секунд пролежала в его объятиях, наслаждаясь теплом и защищенностью, а потом, преодолевая слабость села. Все-таки неприлично вот так разлеживаться в объятиях малознакомого мужчины, хоть и приятно.

Дмитрий тяжело вздохнул и тоже сел.

Ивана рядом не было. Мы стояли на опушке леса, и в утренней дымке уже виднелись стены какого-то города. День только начинался.

Я вопросительно посмотрела на мужчину, но сформулировать вопрос не смогла, он опередил меня и сам начал рассказывать события прошлой ночи.

— Мы ехали всю ночь. Благодаря тому, что Степан с Федулом дали нам свою телегу, мы не стали заворачивать в ближайший город, а поехали напрямик в Абазу. Собственно, именно стены этого города ты сейчас и видишь.

Меня недавно сменил Иван, и я решил хотя бы чуть-чуть поспать. Ты же, скорее всего, немного подмёрзла утром, и поэтому в поисках тепла прижалась ко мне. А Иван, наверняка, отправился добывать нам воду.

И действительно, прошло совсем немного времени, и к телеге подошёл Иван с бочонком. На его ношу я смотрела с ужасом.

— В бочонке просто вода. Доброе утро, — хохотнул Иван, глядя на нас. — Как тебя сегодня называть? Юля или «богиня дискотеки», как ты просила называть тебя вчера? — и он опять рассмеялся.

— Одна женщина! Одна! А если бы вас было две? Я столько не смеялся никогда. Так и умереть можно.

Моё лицо горело от смущения и стыда.

— Я, конечно, во всех смыслах выдающаяся личность, но богиня дискотеки осталась во вчера. А сегодня прошу меня понять и простить. Дико извиняюсь за устроенный дебош. И очень надеюсь, что такого больше никогда не повторится.

— Не переживай.