Юля. Я буду счастливой

Ничего такого плохого вчера не случилось, — улыбаясь, повторил Дмитрий и, решив, что тема вчерашнего беспредела исчерпана, он переключился на дела насущные.

У меня сложилось мнение, что они оба сочли вчерашнюю ситуацию забавной, и никакие ужасы про меня сейчас не думали.

Уххх.

Больше всех пострадавшим выглядел Мотя. Он был тих и безучастен. Мне кажется, его немного контузило моё вчерашнее веселье, но волшебное слово «позавтракать», и он снова в строю. А когда после плотного перекуса я начала его мягко почесывать между ушами, то и вовсе заслужила и прощение, и одобрение.

Когда мы проезжали в городские ворота, стражники изучающе на нас посмотрели. Что и неудивительно: выглядели мы, мягко говоря, не очень. Поэтому мужчины решили первым делом заехать в банк, чтобы получить деньги, а уже потом искать постоялый двор, чтобы привести себя в порядок. Оказывается, банковская система здесь уже существовала, хоть и в зачаточном состоянии.

Меня, чтобы не привлекать лишнего внимания, оставили ждать на улице, а сами отправились в банк. Я прислонилась к стене дома и стала наблюдать за тем, как горожане спешат мимо по своим делам. Начинался новый рабочий день. Уличные торговцы уже разворачивали свой нехитрый товар, в воздухе пахло свежей выпечкой, слышались призывные крики лоточников.

Город мне понравился. Здания в основном были двухэтажными: первый этаж — каменный, в нем обычно располагались мастерские и лавки, а второй — деревянный, жилой.

— Эй, девка, что стоишь без дела? Быстро пошла ко мне!

Вопрос я, конечно, услышала, но даже на секунду не подумала, что он был задан мне.

— Девка, отвечай немедленно господину! — и к моему безмерному удивлению, какой-то щуплый неприятный мужик попытался ухватить меня за руку.

Рефлексы, отработанные годами тренировок, сработали быстрее, чем мозг успел осознать ситуацию. Я резко перенесла центр тяжести на левую ногу и ушла от захвата, отойдя в сторону. Рука нахала схватила пустоту. Щуплый явно не ожидал от меня такого маневра, поэтому по инерции пролетел вперед и больно стукнулся головой о стену дома, у которого я стояла.

— Что ты позволяешь себе, мерзкая дрянь? — воскликнул щуплый, растирая лоб рукой.