Ученица Хозяина Топи, сказка с болот

— Ну, я им сейчас, — прошипела Веша.

Столько сил она извела, чтобы все прибрать, а они снова?

Метнулась к кладовой, схватила метлу с черенком потолще и в кухню ринулась. Распахнула дверь перед собой...

Вокруг стола расселись гости... На двух табуретах — лешие, крепенькие низкорослые мужичонки с бородами да бровями кустистыми, в волосах — ветки да листья торчат, носы — сучки. Один из них на гармони-баяне наяривал, а второй, знай, подпевал что-то про калину-рябину да жизнь кручинную. Водяной им вторил, в обнимку с бутылью пятилитровой на стол привалившись.

Молодой совсем свиду, кожа бледная, синюшная, волосы черные, точно мокрые, и копошатся, словно пиявки вьются. А по ту сторону стола тряс стакан, ладонью зажав — болотник. Как есть человек-жаба. Кожа темная, в бородавках, ряха широкая, глаза на выкате, сам лысый. Одет при том в халат алый бархатный, с рукавами широкими расписными. Рядом же с ним молодец сидел. Плечи широкие, волосы русые, статный, ладный, да токмо как кинул взор на Вешу через кухню, та и попятилась. Глаза-то зеленые разделялись вертикальным зрачком.

— Была не была! — ухнул болотник, убирая ладонь от стакана, покатились кости игральные. Да прямо под ноги резвящимся на столе чертям. Малорослые, на гнутых ногах с черными копытцами, облаченные в одни лишь набедренные повязки, они умудрялись еще и плескать во все стороны содержимым своих кружек. Морды клыкастые, с такими же свиными пятачками, как у потанек, перекошены были в безудержном веселье.

— Йей! — ухнули хором в такт песне, что распевали лешие с водяным, да наново как грохнули кружками, расплёскивая брагу во все стороны.

— Ей! — Взвилась Весенья, потрясая метлой, с ужасом глядя, как по стенам брага течет — я вам сейчас такое «ЕЙ»! устрою! Быстро послезали!

И с метлой наперевес кинулась к столу. Только бы не дрогнуть под обратившимися вмиг на нее взглядами. Баян еще веселее заиграл, а песня полилась быстрее. Захохотали, загоготали.

Один из чертей, ростом будучи не более пятилетнего ребятёнка, скакнул со стола на столешню у стены да полез по навесным шкафчикам к потолку, на ходу дверцы распахивая да вываливая оттуда убранные кастрюльки и горшки.

— Да ты ж, паскуда! — даже в груди закололо от возмущения! Это как так можно?! Что за гости такие?! Теперь-то Веська понимала, откуда этакий бардак в сей башне несчастной брался. — Ну-ка брысь! — подцепила черта метлой да насилу отодрала от шкафчика.

— Убиваааююють! — заверещал окаянный, падая прямо на Вешку.