Ученица Хозяина Топи, сказка с болот

Посыпались черепки посуды грохоча. — Спасите! Помогите!

Веша скинула с себя теплое верещащее тельце. Шкурка у чертенка оказалась на ощупь, все равно что свиная и вся в колкой щетинке.

— Больно надобно! — плюнула вслед, снова подбирая метлу. — Ну-ка, брысь отседова! Нечего столы топтать!

Остальных тоже погнала под визг и писк дурашливых. Они только знай себе гоготали да уворачивались, пока Веша их достать пыталась. Остальные не вмешивались, смеялись только да подначивали.

— Во, девка! С такой и в пир, и в мир! — восторженно изрек водяной, даже от бутыли своей отрывавшись.

— Не надо со мной ни в какие миры-пиры! — Отдуваясь, отозвалась Веша, вкоторый раз за чертями обегая стол. — Брысь, сказала!

Наконец, удалось перехватить всех троих и погнать метлой уже к выходу из кухни, а там и к улице. За порогом же те прыснули врассыпную, только пятки сверкали... копытца то есть.

— Еще увижу, что по столам скачете — не так отделаю! — крикнула вслед, чувствуя небывалую гордость. Справилась. Отстояла кухоньку. Чай, остальные-то гости вроде пристойно себя вели.

Прислушалась, баян потише заиграл, песня иная полилась.

— Э, хозяйка! — из кухни показалась голова водяного. Это она-то хозяйка? — нам бы браги еще, бутыли пустые!

Запал и злость сошли на нет. Кивнула в ответ.

Водяной в улыбке растянулся.

Возвращаться на кухню вдруг стало боязно. Глупо, конечно, но сперва-то она со сна помчалась, толком не осознав, что происходит, желая лишь наведенный порядок спасти.

— Ты кто такая будешь, красавица? — услышала обращенный к ней вкрадчивый вопрос. Подняла взгляд, встречаясь с глазами змеиными. Пронзительные, с молодого лица русоволосого глядели на нее с таким теплом, добротой искренней. Ноги едва не подкашивались.

— Весенья, — выдохнула, не успев вовремя рот захлопнуть. И лишь мигом позже опомнилась. Нельзя же! Хорошо, что звук ее голоса потонул в разливающейся песне.

Вопрошавший поморщился, искоса глянув на разошедшихся в певцов. Хлопнул в ладоши, тут же тихо стало. Беснующаяся компания просто испарилась. Осталось их в кухне трое. Сама Весенья, молодец, обратившийся к ней, и на той стороне стола, развалившись на стуле и заливая в безобразно-широкий рот очередную порцию браги, болотник.

— Как, говоришь? — голос зеленоглазого шелестел с едва заметным шипением.

Потянуло повторить, но тут же прикусила Веся кончик языка.