Академия Хозяйственной Магии

И да, чуть не забыл… Вот это тебе от ректора.

Он поставил на тумбочку корзинку, полную крупных красных ягод - внутри каждой как будто горело маленькое солнце.

– Что это? – вскинула брови я. - С чего бы ему делать мне такие подарки?

– Когда ректор узнал о произошедшем, он был в жутком состоянии… Никогда его таким не видел! Опрокинул свой письменный стол и разбил – в щепки. Он был в ярости. А ягоды… Это княженика, очень редкая и дорогая ягода, которая не растёт в наших лесах. Только в соседнем королевстве, на границе с Льдистыми Землями.

Ее называют арктической малиной. А ещё она обладает редчайшим свойством – полностью восполняет магический резерв. Твой высосан до капли, потому я бы на твоем месте княженикой не пренебрегал.

С этими словами Гаврил Бирн скрылся за ширмой, оставив меня в состоянии полнейшего разброда мыслей и чувств.

Глава 20

О моей матери отец вспоминать не любил. Они познакомились на новогоднем балу: отец – весьма перспективный выпускник Высшего Института Магической Полиции, представитель одного из знатнейших в королевстве домов, за которым уже тогда закрепилась репутация записного ловеласа и мать – молоденькая провинциалка, которую только вывезли в свет.

Чувства вспыхнули мгновенно, буквально через месяц после знакомства они поженились, а через восемь месяцев родилась я.

Отец был на седьмом небе от счастья, и высший свет с удивлением признал, что он остепенился, позабыл все свои амурные похождения и с головой погрузился в свое маленькое семейное счастье.

Однако беда пришла откуда не ждали: когда мне исполнилось два годика, моя мать сбежала в неизвестном направлении с каким-то мелкопоместным дворянчиком.

Профессор Чортрис, на глазах которой все это произошло, рассказывала, что папа был просто убит горем, хотя довольно-таки быстро утешился виконтессой Дюваль, про которую Чортрис, поджав губы, сообщила, что она «та еще…».

Когда моя мама одумалась и написала папе письмо с мольбой позволить ей вернуться в семью, ответил ей спокойным отказом, однако написал ещё, что никаких препятствий к тому, чтобы видеться с дочерью, то есть со мной, он оказывать не станет.

Она и виделась, я ничего не говорю, но, правда, потом у нее случился бурный роман с каким-то баронетом, который увез ее в свое поместье, и встречаться мы стали реже.

Про себя могу сказать, что отца однозначно любила больше, чем маму, хотя, может, это и неправильно.