Жемчужина темного дракона

– Он мне действительно понравится, – тихо призналась я и приложила руку к сердцу, что при одном воспоминании о Расоне забилось быстрее.

– Я рад, но, кажется, тебя уже заждались, – улыбнулся Эрик, а потом кивнул в сторону окна.

У меня едва визг не вырвался, потому что Расон парил над землей, прямо напротив окна в мою комнату и был полностью расслаблен. Руки он засунул в карманы брюк, голова наклонена, а глаза у него сужены так, что едва заметен серебристый блеск.

– Мамочки! Ты знал, что драконы так умеют? – спросила я у Эрика, на что он лишь пожал плечами.

Схватив сумку со своими немногочисленными пожитками, а обернулась на пороге и застыла, мысленно прощаясь с этой комнатой и этой жизнью. Теперь все изменится. Я не знала насколько сильно, но была уверена, что больше ничего не будет как прежде. – Прощай, – я провела рукой по косяку, бросила прощальный взгляд на потертые стены, серый потолок и деревянный пол. В углу стояла небольшая кроватка, слева прямоугольный, доставшийся от Элары комод, раскрашенный карандашами и отбитым уголком. На стене справа была небольшая картина, которую сюда притащил Эрик.

Я провела здесь десять лет – хороших, плохих и терпимых. Я здесь смеялась, плакала, ругалась и изучала письмо, историю, чтение, Эрик помогал мне учить этикет, проверял способности к оригами и лепке, рисованию и пению, правда, дальше начальных этапов дело не дошло.

Единственное, что мне нравилось это оригами, и то лишь немного.

– Какое прощание, Коралина? Я еще собираюсь потрепать тебе нервы и твоему мужу тоже. Держи, если потребуется помощь или захочешь сбежать, то просто нажми на камень, и я тебя заберу, – Эрик не улыбался, протягивая мне небольшое кольцо, которое налезло мне только на мизинец. – И не забывай о нас, мы с отцом будем рады, если ты будешь иногда приезжать на праздники, – кузен неожиданно обнял меня, а в следующий миг, словно по волшебству мое тело охватило зеленое сияние, и я оказалась на руках у дракона, который смотрел на меня с явным недовольством.

На плече у него весела моя сумка, и мы оба болтались на высоте второго этажа.

Я снова чуть не завизжала, цепляясь за мужчину, прижалась к нему сильнее, чтобы точно не рухнуть вниз. Не умру, конечно, но что-нибудь сломаю определенно. Вот будет смеху, когда императору представят покалеченную невесту брата.