Жемчужина темного дракона

Он не любил…

– Ты не любишь меня, – сказала я потерянным, лишенным эмоций голосом, ощущая, как дыра в сердце выжигала остатки моих чувств. Я отступила на маленький шаг, чувствуя, как нас с Расом начали разделять не метры, а километры пустоши… Ноги были готовы в любую секунду подкоситься от яркого осознания собственной глупости. – Не любишь, – мой голос дрогнул и надломился на последнем слове, отчего мелкая дрожь сотрясла слабое, усталое тело.

Он не любил.

Послышалось рычание и меня до боли сжали в яростных, горячих объятиях.

Я больше не могла сдерживать слезы, которые полились ручьем из глаз, падая на обнаженную грудь Раса. Мои руки повисли плетьми по бокам, а ноги грозились подогнуться от простого дуновения ветра. Я разваливалась на куски, чувствуя, как умираю изнутри с каждым вдохом.

– Жемчужина моя, – прошептал он, голосом полным ответной боли и отчаянья. – Сладкая моя, – Расон оторвался от меня на миг и приподнял меня за талию, прижимая к себе так сильно, что я боялась, как бы мои ребра не затрещали.

– Единственная моя, – дракон шептал слова, оставляя сладкие, болезненно-трепетные поцелуи на моем лице, шее и плечах. Он сцеловывал мои слезы, лаская спину и бедра сильными, шершавыми руками.

Расон на миг остановился и заставил меня обвить свою талию ногами, прижался так сильно, словно хотел слиться с моим телом в одно целое. Сделав несколько шагов, он прижал меня спиной к стене и обхватил ладонями мое лицо. Рас взглянул в мои глаза, и я видела, как любовь и обожание отражаются в его темно-сером, почти черном взгляде.

Осторожно проведя большими пальцами по моим щекам, он задержал дыхание и прижался своим лбом к моему.

– Я люблю тебя, Коралина, – выдохнул он тихо и уверенно, оставляя почти целомудренный поцелуй на моих соленых от слез губах. – Люблю так сильно, что мое сердце готово разорваться, – продолжил дракон и второй поцелуй был трепетным и сладким. Он был таким, что хотелось продолжения, но будто ощутив мое желание, Рас с довольной ухмылкой оторвался от моих губ.

Я захныкала, цепляясь за своего мужчину и желая, чтобы он наконец-то поцеловал меня по-настоящему, так, как умел только он один!

– Докажи, – потребовала я и с вызовом посмотрела в черные глаза напротив своих, – докажи, что любишь, – повторила свою просьбу, неприлично поерзав на талии Расона и чувствуя, как что-то горячее и твердое упирается в мое бедро.