У каждой лжи две правды

– Н-да, – пани Амалия, как чудесная райская птица приземлилась рядом на изящный диванчик. Перевела дух и начала говорить уже спокойно. – Мой муж, безусловно, талантлив, но не в области истории и археологии. Как бы поточнее выразиться… Искренность за искренность. Надеюсь, все сказанное, останется между нами? Йозеф умеет преподносить факты интересно. Его слушаешь – и история оживает. Такое чувство, что он всему был свидетелем… Давно умершие люди становятся живыми и понятными, ритуалы близкими, а боги, как тогда, ходят рядом с людьми.

Я пыталась написать про сны, демоны и ночные кошмары в Та-Мери. И у меня не получилось! Но Йозеф что-то сделал с текстом, кажется, что просто переставил пару предложений, добавил прилагательных или местоимений и … все стало по другому! Когда он выступил с этим докладом на собрании Королевского исторического общества, это был фурор! Настоящая сенсация! Он говорил так… С эмоциями, с живой мимикой, что … Но как ученый-исследователь – он полный ноль!

– Но тогда зачем ему помощник? Или все-таки вам?

– Ах, милая Стефа! – хозяйка взяла себя в руки, позвонила в колокольчик, велела, чтобы принесли чаю с пирожными, а потом продолжила.

– Исследования стоят денег. И денег немалых. Так что от некоторых предложений отказываться нельзя... Если и дальше хочешь заниматься любимым делом без финансовых ограничений. Только пришлось немного запугать мальчика, чтобы не слишком интересовался, кто же расшифровывает иероглифы, а кто же правит диссертации.

– Запугать? Янека? – не поверила Стефания.

– Я сама удивилась, – пани Амалия глупо хихикнула и озорно блеснула глазками.

Служанка, другая, не болтливая Ядвига, принесла поднос с чашками, чайником и вазочкой с воздушными пирожными.

– Так это все вы? Но зачем вам все это?

– Да, под именем моего мужа публикуются мои исследования,– фарфоровая чашка в руке профессорши казалась полупрозрачной. – Именно под мои идеи выделяются гранды и мои цитаты используют студенты в работах. Я горжусь, что смогла сделать все это.

– Но почему вы использовали своего мужа, как ширму? Разве не проще было бы самой …

– Не проще! – пани Амалия брезгливо поджала губки. – Под своим именем я бы могла преподавать в какой-нибудь школе или же быть на побегушках у неудачника или недоумка! И то, если бы мне позволил муж! А мой муж был из консервативной семьи и слишком зависел от мнения мамочки. А я ей никогда не нравилась! – и подняла пальчик уточняя. – Мой первый муж. Но это совсем другая история.