У каждой лжи две правды

И еще какую-то вежливую чушь.

Не стоило стеснять хозяев своим присутствием.

Провожала до дверей Ядвига.

– Пани Божена тебя не заметила? – поинтересовалась Стефания.

– А? Что? Да не, слишком занята была. И когда в подвал ходила, и когда с паничем в саду ругалась, – и зажала ладошками рот.

– Таак! – пани Заремская резко остановилась. – Что там в подвале ей понадобилось?

Спросить бы и еще, почему ссорились влюбленные, но для Ядзи нужно задавать вопросы по очереди и, желательно, такие, на которые можно ответить односложными предложениями.

– Да ничего особенного, – заюлила горничная и скривилась. Клятва верности обожгла запястья, не давая болтать лишнего.

– Веди!

– Куда? Выход-то уже рядышком. Сами можете добраться, чай не больно важная птица!

– В подвал, – хищно улыбнулась Стефа.

Ядвига на всякий случай перекрестилась и решила пани не перечить. Вот чувствовало же сердечечко, что все в этом доме немало сумасшедшие.

– Да что там смотреть, пани, – бубнела служанка. – Камни какие-то, какие-то кошки стоят, гробы еще.

А все ценное, типа бумажек каких-то да бусиков с браслетиками профессор у себя в комнате хранит. Ой, а еще там мумия есть! Не в комнате, не подумайте . В подвале. Настоящая! Сама видела!

– Как еще одна?!

– Да там их с десяток! А эта в гробу лежит, как живая. А пан профессор шутить изволил. Ее в костюмчик одел. Беленький в тонкую полоску. Я такой давече у пана Марека видела. Догорущий! Вот зачем покойника в такое одевать, а? А еще там кошачьи трупики видела.

Запеленанные как младенцы, только носики торчат. Вот зачем этим древним людям было так над котиками издеваться, а?

– Нам их не понять, – так было проще объяснить.

Но в подвал они не попали.

– Закрыто, жалость какая! – Ядвига достала из кармана форменного фартука большой чугунный ключ на розовой ленточке и повозилась им в замочной скважине. – Вот же! Наверное профессор чутока тут помагичил. Не открывается.

– И что же пани Божена в подвале делала? Не знаешь? Учти, это ведь не предательство хозяев и клятва позволяет говорить.

– Вот не знаю, честное-пречестное! – и ладошки молитвенно сложила и головкой часто-часто закивала.

Переходим к следующим вопросам.

– А с паничем почему ругалась? Неужто не слышала?

– Да я случайно, пани! Вот мимо шла, по своим делам бежала, а они разговаривают. Да громко так. Тут хошь или не хошь, а услышишь. Да я и не слышала ничего. Панич сказал, что обо всем договорился и ждать их будут. Вечером у малого храма.