В поисках того самого

Фонарей было немного даже на центральной площади — жизнь в Клофорде затихала с закатом, мэр мог без проблем экономить на уличном освещении, и ему за это не пеняли. Волчьим глазам такой сумрак помехой не был, так что домой Нита двинулась уверенно. И всё-таки не удержалась от вопроса:

— Зачем ты полез к этому Аркону?

— Папа всегда говорил, что хороший волк должен заступаться за женщин, — с едва уловимой насмешкой отозвался Ларс.

— А думать головой он тебя не учил? Аркон в два раза больше тебя. Дошло бы до драки, он тебя в пол забил бы! А мне опять лечить? — раздражённо проговорила Нита.

— Чем больше шкаф — тем громче падает, — пренебрежительно фыркнул волчонок.

— Ты с детства такой идиот? — Нита едва не схватилась за голову: никак не получалось решить, сердится она на него или из-за него. А вдруг и правда побили бы? — Кажется, я начинаю понимать, за что тебя наградили проклятием. Не понимаю только, как до меня добрался!

— Повезло, наверное, — отозвался Ларс, почему-то совсем не обидевшись на идиота.

— В следующий раз перед тем, как во что-то ввязаться, спрашивай, нужно ли это делать, — проворчала Нита. — Если ты убьёшься по собственной глупости, будет обидно за потраченное на тебя время.

— Я постараюсь, мамочка, — кривляющимся голосом отозвался Ларс.

— Ты точно нарываешься на трёпку. Не смей меня так называть!

— Ну ты же называешь меня малышом. А Аркон сказал, что я твой щенок.

— Упаси меня Древо от такого! — буркнула Нита. Но разговор на этом прекратила.

Не хотелось в этом признаваться, но выговор Ларсу она устроила совсем не из-за потраченных на него сил и времени.

Если разбираться, тот камень, который он ей отдал, с лихвой покрывал все издержки, прошлые и будущие. Нет, она действительно волновалась за непутёвого мальчишку, который откровенно нарывался на неприятности. И если подумать, она понимала причину такого собственного поведения.

Проклятые инстинкты. Нита чувствовала ответственность за мальчишку как за младшего члена стаи. Так что, назвав Ларса «её волчонком», Аркон не очень погрешил против истины.

Не её, конечно, собственный, но всё равно — свой. Жизнь в одиночестве сыграла с ней злую шутку: стоило встретить сородича, как вдруг оказалось, что ей в глубине души очень не хватало компании.

Открытие не порадовало, потому что привязываться к мальчишке совершенно не хотелось. Но не выгонять же его из-за этого! Обещала ведь помочь. Да и камень жаль возвращать…

Дома долго рассиживаться не стали.