В поисках того самого

Нита выдала Ларсу что постелить и чем накрыться, нашла старую, но всё-таки пригодную подушку и, пожелав ему доброй ночи, ушла к себе. День выдался не самым сложным в её жизни, но непривычно насыщенным, обычно будни ведьмы отличались куда большей размеренностью. Поэтому, добравшись до постели, волчица надела самую длинную из своих рубашек, забралась под одеяло и уснула почти сразу, отмахнувшись от всех мыслей и сомнений.

***

На следующий день найдёныш вёл себя непривычно смирно. Поначалу Нита обрадовалась, что он не пытается влезть в очередные неприятности: у неё готовилось не самое простое лекарство, тут надо за температурой кипения следить, а не отвлекаться на мальчишку.

Но к вечеру она забеспокоилась. Ларс почти не появлялся на глаза: как взялся чинить сарай, ушёл туда с утра, так и пропал до темноты. Даже обедал там же, прихватив с собой полкастрюльки супа. Хороший аппетит радовал, но всё равно — как бы не перенапрягся и не пустил трухой все её усилия.

Беспокоилась она зря: заживало на нём как на взрослом волке. В этом Нита убедилась сама, когда пришла и потребовала показать раны. Разделся мальчишка неспешно, с показной ухмылкой, за что тут же получил по загривку и больше зубы не скалил.

— Ещё пара дней — и будешь как новенький, — Нита хлопнула его по здоровому плечу. Рана не гноилась, почти затянулась и особых наблюдений не требовала.

— Лучше бы как старенький, — пробурчал Ларс, одеваясь. Но привязанной собачонкой за ней не пошёл, остался заканчивать ремонт.

Нита до глубокой ночи слышала стук молотка в сарае.

А проснувшись среди ночи по естественной надобности и выйдя в большую комнату, Нита услышала со двора тихий плеск воды. Укуталась в тёплую шаль, вышла на крыльцо. Рассвет только намечался сизой дымкой над лесом, в небе висела убывающая луна, и большая часть двора пряталась в тенях. Ларс стоял у колодца и поливал себя ледяной водой прямо из ведра, то и дело фыркая и тряся головой.

Вода струями стекала по коротким волосам, спине, узким бёдрам… Неудивительно, волки были чистоплотными и посторонние запахи не любили. Но этот парень!..

Нита поймала себя на мысли, что язык не повернулся назвать его «мальчишкой»: уже сейчас это был поджарый и красивый молодой волк. Но ему, конечно, о её мыслях знать не стоило, а то нос задерёт. Ведьма скрылась в доме так же бесшумно, как и вышла на крыльцо.

Сарай он, к слову, доделал.