В поисках того самого

Ну что за детские обиды, в самом деле? Ларс прав, сама она осмотреть раны не могла, а сейчас, когда схлынуло напряжение драки, начала ощущаться боль. Терпимая, но жгучая. Да и зубы загрызлы не чистят, было бы неплохо обработать.

От понимания, что до собственного загривка она сама не дотянется, и придётся просить о помощи Ларса, стало немного не по себе. Но Нита заставила себя сесть и позволить парню взглянуть.

— Не смертельно, но подрали хорошо. Надо промыть, — повторил тот её мысли. — И как бы зашивать не пришлось.

Он машинально почесал её между ушами, словно не оборотня осматривал, а собаку. Нита тоже как-то машинально в первый момент поддалась на ласку, потому что это было приятно и отвлекало от зудящей боли, но через пару мгновений вывернулась, поднялась на лапы и отступила на пару шагов, глядя на парня с укором. Тот только усмехнулся и принялся выпутывать из силка предмет спора. Не зря же Нита поплатилась за него целостностью шкуры!

Но проверять остальные ловушки не осталось никакого желания.

Ларс ловко спутал ноги косули и взял тушу за эту верёвку, второй рукой подхватил мешок, и Нита рассеянно отметила, что явился он, пожалуй, очень к месту, ей бы всё это тащить было несподручно. Оленя можно по-волчьи закинуть на спину, но не сейчас, когда загривок жгло от боли, и даже в таком случае что-то пришлось бы решать с мешком.

До дерева, где она оставила одежду, дошли в молчании, Ларс явно не питал желания произносить монолог в пустоту. А жаль, потому что на него можно было бы отвлечься — и от неприятных ощущений, и… от других ощущений.

Следовало признать, что волчья часть её натуры считала парня привлекательным. Единожды осознав, что Ларс — уже не маленький волчонок, ведьма никак не могла вернуться к прежнему восприятию. Инстинкты плевали на разницу в возрасте, с их точки зрения молодой волк был очень неплох: сильный, здоровый, явно питает ответный интерес. И это противоречие между инстинктами и разумом чрезвычайно раздражало.

Закрадывалась, правда, подлая мыслишка плюнуть на всё, расслабиться и получить удовольствие, но Нита гнала её от себя. Ещё чего не хватало!

Когда они дошли до дерева, Ларс дисциплинированно отвернулся, позволяя Ните спокойно перекинуться. Когда она не сдержалась и зашипела от боли — тонкая человеческая кожа была куда чувствительней, чем волчья шкура, — дёрнулся, но — не обернулся.