Призванная. Когда закончится время

Я ничего не поняла, и так зная, что продолжаю мерзнуть.

Лина, с легкостью приняв информацию, улеглась на полу, там, где он был теплым. Она вообще лучше реагировала на все происходящее вокруг: может, сказывался возраст, еще позволявший верить в сказки. Я легла рядом, обняв ее. Она, повертевшись, прижалась ко мне спиной в теплом пуховике и, кажется, тут же уснула.

Я лежала, пытаясь не думать о холоде, и не сводила взгляда с Макса. Сначала он задумчиво наблюдал за огненным танцем, потом потянулся за кучей моих вещей и расстелил их рядом, после — повернулся ко мне.

Его глаза не позволяли отвернуться, словно поймав меня в плен.

— Верни мне плащ, — прошептал он.

От неожиданности я привстала.

— Но ты ведь говорил...— Я не находила слов. Он ведь обещал! Или нет? Я в ужасе смотрела на Макса. Его взгляд действовал на меня так, что я чувствовала себя пойманной в западню. Он невесело улыбнулся и устало вздохнул.

— Пожалуйста, поверь мне, Ами, — попросил Макс. Я и не думала, что он запомнил мое имя.

Я расстегнула плащ и, краснея, протянула ему.

Меня тут же окутал мороз, от которого затрясло сильнее. а может, от ощущения своей «почти наготы». Макс принял свою одежду назад и окинул меня, дрожащую в одном белье, таким взглядом, которого раньше не было. В глазах было не осуждение за бесполезные чулки — в них пылал огонь. Так мужчины смотрят на заинтересовавшую их женщину. У меня сбилось дыхание. Сердце стучало так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Задыхаясь, я начала хватать ртом воздух. Заметив мой страх, он потушил огонь. Лучше не стало.

— Ами... — хрипло произнес Макс.

Я молчала, не в силах произнести хоть слово, и пыталась разглядеть что-нибудь в темноте.

— Моя сила — огонь, — раздалось так близко, что я почувствовала его дыхание. — Я не могу исцелять, но я могу согреть. Если я не помогу тебе сейчас, ты не выберешься из этого леса, даже если я понесу тебя.

Я молчала. Понимала, что он прав. От холода не чувствовала пальцев на ногах, да и самих ног, но молчала. Боялась вспышки, как в прошлый раз, если мы прикоснёмся друг к другу, не понимая, что это, а еще, потому, что хотела, чтобы он прикоснулся ко мне.

Я дрожала, словно перед первым поцелуем, которого у меня никогда не было. Как такое вообще возможно — желать поцелуя того, кого не знаешь?

— Огонь во мне, понимаешь? — произнёс он как можно мягче, стараясь не напугать. — Я никогда не мерзну. Не могу замёрзнуть. Я просто обниму тебя, чтобы согреть, хорошо? — Я слушала, пытаясь успокоиться.