Варенье из лунного света

Доставать их из коробки Михаил не решился, не хватало еще случайно порезаться, и положил в свой кошель прямо в футляре. Туда же отправился и семейный револьвер.

Думать о реакции отца не хотелось. Михаил надеялся, что сможет ему все правильно объяснить. А еще он очень уповал на то, что победителей не судят. О плохом думать не хотелось. Идти с голыми руками воевать с чудовищем – тоже. Так что можно сказать: «У меня просто не выбора. Отец все поймет. Он хоть и строгий, но справедливый». Молодой оборотень успокаивал себя, как мог.

Михаил попрощался с мамой и вышел из дому. Тиша с Марусей сидели на заднем сиденье автомобиля. Ив ходил кругами вокруг машины, разговаривая с кем-то по телефону. Вокруг него вилась черная собака Муха, в надежде, что парень обратит на нее внимание и они смогут поиграть. Увидев, вышедшего из ворот Михаила, Ив попрощался с собеседником и нажал на кнопку отбоя. Они загрузились в машину и поехали в сторону Ружанского замка.

– К тебе заезжать не будем? – спросил оборотень у Ива, через некоторое время.

– Не будем. Не вижу смысла терять время. Бабули сейчас дома нет. А по телефону объяснять ей ничего не хочется.

– Почему? Вдруг бы посоветовала чего полезного? – удивленно посмотрел на него Михаил.

­– Не думаю, что у целительницы большой опыт в борьбе с чудовищами, – скептически сощурившись, возразил ему Ив.

– У нее просто – большой опыт!

­– Миша, ну как ты не понимаешь? Вот ты скажи, у тебя бабушка есть?

– Есть.

– Чтобы она сказала, если бы узнала, что ты собираешься куда-то ехать и проклятье развеивать, с неведомым чудовищем драться?

– Сказала бы, что это опасно и что мне нельзя даже из дома выходить, ну и матери бы нажаловалась, конечно.

– Вот и я про что…

Михаил понимающе вздохнул.

– Зато я позвонил деду. Тот далеко в горах и запретить мне, ясное дело, ничего не может. Поэтому рассказал ему все, что знал.

Михаил заинтересовано вскинул бровь. Маруся тоже с любопытством прислушивалась к разговору. Только Тиша равнодушно смотрел в окно.

– Так вот, дед, сказал, что проклятье, кинутое не только на человека, но и на место, часто призывает к себе нечисть из потустороннего мира.

Такие уж там эманации сладкие, что нечистикам, будто медом намазано. Плюс граница между мирами истончается. Если такое место правильно страданиями подпитывать, то будет оно язвой зреть и всякую гадость к себе притягивать.

– А убить эту нечисть чем, он не подсказал?

– Серебром, говорит, как обычно. И труп вытянуть на рассветные лучи, чтобы сгорел дотла.