Отбор пяти колец

Его крайне редко призывали в Совет и глупостью было бы не воспользоваться такой возможностью, и не узнать больше о том, что происходит в Империи.

Следующим на кафедру поднялся генерал Тару, руководивший шпионскими отрядами и тайной стражей. Как и Кир, он был довольно молод, и возвысился во время бунта, когда всех его предшественников либо убили, либо же они сами переметнулись на сторону бунтовщиков.

Это был невысокий и тонкий мужчина с неопределенного мышиного цвета волосами и блеклым незапоминающемся лицом.

– Позвольте доложить, что разведывательные корабли Андалура покинули Гиблые земли и воды вокруг них. Три дня назад в тех краях произошло землетрясение, вызвавшее гигантскую волну. Вероятнее всего, с этим и было связано их отступление. Корабли перемесились к Файрате – вольному острову, чей правитель находится под влиянием Андалур.

Выйдя из зала верхней ложи одним из первых, как только закончилось собрание, Кир устремился по узкому коридору к лестнице, ведущей на башню.

– Кир, Кир, подожди! – окликнул, догоняющий его Страт.

За его спиной в развивался нежно-голубой плащ. Нелепые туфли с загнутыми носами, которые он, как и прочие альторские модники, носил подражая дракону-императору, шлепали по каменным плитам пола.

Вздохнув, Кир все же сбавил шаг.

– Да, куда ты так спешишь? – недовольно протянул Страт, хлопая его по плечу.

– Дела знаешь ли, – холодно ответил Кир.

Пройдя по галерее, они вышли к винтовой лестнице, ведущей в башню.

– Выглядишь и так уже, словно вовсе не спишь, – пробубнил Страт ему в спину, пока они поднимались наверх. – Как ты сам?

– Все хорошо, не беспокойся.

– А как... как Елена? Ты видел ее там? – выдохнул князь вопрос, который по видимому волновал его больше всего.

– Елена? Да, у нее все замечательно, насколько могу судить. Думаю, можно ожидать, что она продвинется в отборе далеко вперед, – Кир не стал упоминать о разговоре дракона-императора с Еленой, о его интересе к ее дару, и о том, как он угрожал ее убить.

Эти сведения не только лишний раз взволновали бы Страта, который все равно не смог бы ничем помочь их подруге детства, но и составляли тайну, которой не следовало делиться даже с одним восьми князей занимавших кресло старейшины в Верхней ложе.

– Хорошо, рад за нее, – голос Страта дрожал.