Я на тебе женюсь!

Кстати, кто слышал о славной бессмертной традиции отмечать начало практики дегустацией того национального напитка, в стране которого мы сейчас находимся?

Стыдно признаться, но, кажется, одна я… не слышала!

Остальные так бурно и горячо поддержали желание Альба продолжить прогулку в ближайшем кабачке, что меня туда снесло исключительно волной их энтузиазма и уже спустя полчаса, сидя между Джулианом и Харви, заказав в качестве основного блюда копченую свиную ногу, а к ней подозрительную лепешку с ветчиной, томатами и сыром, я с интересом наблюдала, как Альбус и Винс помогают официантке нести к нашему столику полноценный бочонок апельсинового сидра.

На самом деле сидр был изначально яблочным, но в процессе настаивания в него добавлялась весомая доля апельсинов, куча специй и банальный спирт для крепости, так что на выходе получалось нечто вроде шипучего коктейля средней градусности. С приятной кислинкой, с бодрящей горчинкой, с веселящей безуминкой…

В общем, весело стало быстро!

***

– А я предупреждал.

Вздох.

– Ну и что делать будем?

Мрачный взгляд.

– Или ничего не будем?

Цыкнул.

– Лучше б они дома пили… Вот как теперь их тащить?

– Сами пили, сами теперь пусть и добираются, – в итоге решил куратор шести балбесов и… На выходе прихватил с собой лишь одного из них.

Точнее одну.

Её он им больше не доверит.

Оболтусы!

***

Сначала было хорошо.

Потом очень хорошо!

Под конец просто замечательно!

А потом я не помню.

Странно, да? Вроде и выпили не так много, вроде и закусывали сытно, веселились, танцевали, пили, спорили, флиртовали, пели, снова пили… а потом вдруг срубило так качественно, словно магической кувалдой шандарахнуло.

И вдруг тьма.

Кругом тьма…

Но теплая, мягкая, уютная. Подозрительно знакомая и такая… Шоколадная!

Уже почти зная, что увижу, когда открою глаза, тянула до последнего, но время неумолимо близилось к утру, а в девять я должна быть уже в бюро.

Тьма, ну почему?!

– Ты очень мило притворяешься, чудо, но я слышу каждый твой рваный выдох. Неужели так страшно?

– Не страшно, – ответила тихо, но глаза открывать не спешила, кутаясь в самообман, словно в спасительное одеяло.

Хмыкнул.

Помолчал.

– Ну хоть кому-то хорошо… Кстати, голова не болит?

– Неа. А должна?

– Ну, учитывая то, сколько вы выпили… Удивлен, что ты вообще так рано проснулась.

– А я и не спала, – возразила, даже не солгав, потому что ту отключку невозможно было назвать сном. Меня просто как будто не было. И вот я появилась.