Рассвет закату вопреки

Раздалось шипение ярости и все звуки вдруг разом затихли.

Но я вдруг отчетливо поняла, что они раздавались… в моей голове!

Ничего себе технологии. Хотя… нет. Не производил их диалог впечатления демонстрации силы. Не для чужих ушей этот был разговор. Интересно, а то что я слышала в катере, тоже звучало лишь в моей голове?

Похоже, меня “подключили” к каналу телепатической связи случайно. Как в свое время Гесса…

Стоп, а кто такой Гесс?

В памяти всплыл светлый образ мужчины, огромного, словно гора, лысого почему-то, одетого в странную форму и вообще в целом страшного.

Почему я его не боялась? Смотрел на меня этот воин так нежно и мягко, что сердце вдруг защемило.

Муж? Нет… Когда я пыталась представить себе того самого Аверина, чьей женой меня гордо назвал мой коротконогий приятель, тело услужливо выдавало целую гамму чувственных ощущений. Далеких от целомудрия. Только память никак не хотела открыть мне лицо капитана.

Гесс — это другое. Так не могут смотреть на коллег, и подруг. Неужели любовник? Интересной я жизнью жила, пока так паршиво не влипла.

Снова ярко вспомнилась кровь на полу той палаты, плазер в моей руке. И мучительное ощущение полной беспомощности. Я почувствовала себя марионеткой. Кто-то дергал невидимые веревочки, и тело послушно исполняло команды. Чудовищное ощущение.

Так, хватит мечтать и достаточно сопли размазывать. Пора брать себя в руки.

Раздался тихий шорох медленно открывающейся двери и я вздрогнула. Нервы ни к черту.

В комнату проскользнуло престраннейшее существо.

Вроде бы девушка, (тут я мысленно поблагодарила королеву Зигейны). Плотный комбинезон закрывал все возможные выпуклости ее тела, но миловидное личико с пухленькими губами, и копной густых кучерявых волос мне давали надежду на это.

Странным был ее рост. Мне она доставала примерно чуть ниже груди. Темная, цвета коры дерева сеа кожа, волосы точно такого же цвета, и ореховые глаза. Плавные движения девушки завораживали. Она словно бы танцевала под беззвучную музыку. И улыбалась.

Не мне, чему-то там своему. По мне она скользнула нечитаемым взглядом, и проходя мимо, двинулась к противоположной стене.

Прикосновение пальцев и стена отодвинулась в сторону, открывая ей выход в просторное помещение. Скользнула туда и исчезла, явно сразу куда-то свернув. Проходной зал какой-то. Может, у нас тут вокзал? И я голая прямо на входе сижу, очевидно, для привлечения любопытных туристов.

Скрипя громко зубами я выбралась из массивного гроба капсулы.