Скелеты в королевских шкафах

* * *

— Краут действительно неплох, — заметила королева после ухода гармской делегации, — рядом с Олирией они будут изумительно смотреться. Получается такая контрастная пара.

— Это не было главным критерием, — сказал король. — Брак скрепит союз между нашими странами.

— Я бы не был так уверен в скреплении, — ехидно бросил Гердер, — жених и так не выглядит довольным, а когда он поближе узнает будущую жену, отношения могут окончательно испортиться.

— Никуда он не денется. Брак с моей дочерью был не единственным, но обязательным условием договора, а военный союз с нами им необходим, — нахмурился король.

— А все-таки я уверен, что он попытается избежать брака. Скорее всего, воздействуя на Олирию, это ведь самый простой путь. Если инициатором разрыва помолвки будет наша сторона, они могут рассчитывать на компенсацию и сохранение союза. Так что мама права: встречаться им нужно как можно реже. Пусть сестра пока не покидает общежития академии.

* * *

— Эдин, а почему мне так и не показали невесту? — подозрительно поинтересовался Краут.

— Ваше Высочество, у нее занятия в академии, — попытался объяснить поведение туранцев дипломат, хотя ему и самому отсутствие принцессы показалось несколько странным. — В обучении детей правящая чета не допускает никаких поблажек.

— Этак мне ее до свадьбы не удастся увидеть, — мрачно предположил кронпринц.

— Да почему? Вам же выделили покои во дворце, Олирия непременно появится, хотя бы на выходных. На королевских обедах вы сами убедитесь, что я нисколько не преувеличил ее достоинства в своих отчетах.

— Я бы хотел поговорить с ней не в присутствии ее родных.

Граф Эдин всем своим дипломатическим нутром почуял, что если этот разговор состоится, то помолвка, в которой были заинтересованы обе державы, может развалиться.

— Мне кажется, это невозможно, — осторожно сказал он. — Во дворце она никогда не бывает в одиночестве, и в покои принцессы вас никто не допустит. А все остальное время она проводит в Академии.

— В Академии? А ведь меня туда пригласили…

— Ваше Высочество, — забеспокоился дипломат, — только не наделайте глупостей. Помните, ваш отец будет очень недоволен.

— Да что вы так переживаете, Эдин? Не съем же я вашу принцессу, на самом-то деле.

— Если не съедите, так покусаете точно, — убежденно сказал Эдин. — И тогда плакали наши договоренности! Не ходите вы в эту Академию, Ваше Высочество!

— Покусаю, говорите… — задумался Краут.