Обреченные

Райт обиделся и поклялся себе научиться говорить также красиво, как Анден, а хотя бы и назло! Потому что Анден защищал и оберегал его; за ту дрожь и усталость в его голосе, которую слышал; за этот предательский удар, нанесенный Фретерико исподтишка!

«Силы небесные! — Анден не поминал господа, и Райт пообещал себе тоже не звать его в свидетели. — Только бы он очнулся!»

А еще ему очень хотелось узнать, почему же пятью пять — двадцать семь. Пусть и в девятеричной системе счисления.

— Порталы, значит… — задумчиво проговорила Марго.

— А ведь любой желающий их не достанет, да и не всякий умелец изготовит. Собственно, все маги необходимой квалификации наперечет и давно находятся под неусыпным надзором.

— С армейскими можно договориться. Тем более, в Регии, где все продается и все покупается, — заметил Фретерико.

— Именно потому Вайрели находится здесь: в этой несчастной стране туманов и холода. Один-два артефакта он пропустил бы, однако если летаргист убивает подобным образом, ему требуется очень много порталов и значительная сумма, возможно, сообщники.

Отсюда вопрос: столь ли безумен тот, кого мы ловим?

— Некоторые безумцы, — Фретерико окинул Андена долгим и, кажется, сочувственным взглядом, — весьма изобретательны, — и, не желая вызвать новую вспышку гнева у Марго, спросил у Райта: — И куда же вызывал тебя порталом падре Гитес?

— В город.

— Поезжай! — приказала Марго.

— Один?.. — глухо спросил Фретерико.

— Переживешь как-нибудь, — зло бросила она. — Два дня протянешь, а больше и не понадобится.

— То есть… — он запнулся на полуслове и закаменел лицом, словно ожидая приговора. — Я могу вернуться?

Марго тихо выругалась и опустив руку на лоб Андена, обернулась к нему, посмотрев прямо в глаза:

— Ужели нет?! Конечно! Не только можешь, но и должен! Фретти, ты рассудка лишился?

Фретерико вздохнул с облегчением, на его лице даже возникла легкая тень привычной усмешки.

— Кто ж знает, Марго? — проронил он. — Я же вижу насколько эта тварь важна для тебя.

— Ты больше не станешь так называть его, — проговорила она, но уже не столь холодно и зло, как вначале.

— Иначе?..

— Ходить тебе со сломанным носом и исколотой шпагой тушкой. Анден может сколько угодно предаваться самобичеванию, но унижать себя не позволит никому.

Фретерико фыркнул:

— Еще неясно, кто кому разукрасит рожу.

— Я предпочту, чтобы вы вымещали свою злость на летаргисте и его подельниках.

Фретерико поднялся с пола и взглянул на Райта.