Легенда о Глорусе

Рудольф, — обратился к одному из воинов, — будешь стоять у ее покоев и сопровождать в исключительных случаях по дому, но из него ни при каких обстоятельствах не выпускать. Сменщика можешь выбрать сам. Выполнять.

— Слушаюсь! — выкрикнул тот, задрав голову. После чего направился ко мне, взял под руку и повел в комнату, которая должна была стать тюрьмой на ближайшее время. То, чего так боялась, становилось явью. Все и без того скудные успехи катились в пропасть.

— Отец, но я ведь не сделала ничего плохого, я не знала, прошу, не надо, это уже слишком, — противилась я, упираясь ногами в землю.

— Просишь изменить мое решение? — холодно начал лорд. — Но я до сих пор не услышал: почему ты так поступила?.. Почему, Ингрид? — нетерпеливо повторил.

«Не знаю, — и снова в голове была лишь звенящая пустота, от которой аж рыдать хотелось. — Почему именно сейчас я не могу ничего придумать? Давай же, роди уже хоть что-нибудь! Любую банальную отмазку».

— Человек, который не может отвечать за свои поступки, не может отвечать и за свою жизнь, — с ядовитой желчью выплюнул лорд Генрих.

— Я совершил опрометчивый поступок, дав столько свободы в твоем непостоянном состоянии. Не следовало. Всё лишь только усугубилось, — надломленно проговорил он, а затем махнул рукой. — Увести.

— Нет, отец, нет!.. — кричала я, не желая, чтобы всё так закончилось. Но в глубине души таки понимала, что ничего, кроме отчаянного пустого крика, не могла противопоставить. Чтобы повернуть ситуацию в нужное русло, требовался весомый аргумент.

А у меня его не было.

— Успокойтесь, милорд. — На нервно подрагивающее плечо отца вдруг легла рука Роджера, что просочился сквозь отряд как скользкий уж. — Не стоит так сразу бросаться в костер. Не думаю, что в случившемся есть вина Ингрид. Посмотрите, как она растеряна. Вы же слышали слуг: это всё из-за чар Хагона, что пробрался на ваши земли. Мисс Ингрид попала под его влияние. Сие объясняет причину того, что она не может дать вразумительного ответа своим действиям.

Нужно наказывать не ее, а избавиться от дьявольского отродья — и тогда всё станет как прежде.

«Что за бред? — негодовала я. — Какого черта влез и начал нести эту чушь? Зачем? Чего добивается?..»

Однако на эту «бредочушь» воины одобрительно закивали. Кто-то поддержал словесно, а кто-то уже вцепился в рукоять оружия, демонстрируя готовность к карательному походу.

— Да, ты прав, Роджер.