Легенда о Глорусе

Благодарю, что напомнил, — вымученно сказал граф и устремил взор к горизонту, на который опускалось иссиня-черное звездное покрывало. А затем развернулся к отряду. — Слушайте! Нужно прочесать округу, пока эта тварь не проникла в дом. Возьмите арбалеты и внимательно осмотрите все заросли и деревья до темноты. Времени мало, но оно есть. Поспешите!

Отряд оперативно начал разбиваться на группы и разделяться, но Роджер снова вмешался.

— Милорд, не стоит рисковать людьми: есть более безопасный способ.

Позволите?

Лорд Генрих слегка опешил, но всё-таки решил его выслушать. Увидев утвердительный кивок, Роджер вышел вперед и поравнялся с командиром.

— Если слова слуг были правдивы и Хагона видели в одной их конюшен, то мой пес без труда возьмет след, разыщет его и убьет. Быстро и без потерь.

Воины начали переглядываться и тихо перешептываться. Было видно, что они лояльно отнеслись к предложению Уилкинса, но всё же последнее слово оставалось за господином.

— Твоя решимость похвальна, однако, пока псы не научились лазить по деревьям, без арбалетчиков не обойтись. Подобная охота для нас не впервой, так что справимся, — без вызова, бесстрастным тоном отказал граф. — А вам лучше вернуться в дом и позаботиться о семье оттуда, на случай, ежели Хагону таки удастся пробраться.

«Так его, отец! Хорошо осадил», — радовалась я, не желая вмешательства злобной псины.

— Всё же позвольте ему начать, — Роджер упорно отстаивал свое. — Если монстр укрылся на дереве, то пес на него укажет, а дальше дело за вашими людьми. В чьих навыках я никоим образом не сомневаюсь! — порывисто добавил он. — Просто хочу помочь решить проблему как можно быстрее.

Лорд Генрих хмуро посмотрел на него, потом окинул взглядом своих людей и молча кивнул, давая зеленый свет.

Роджер, еле сдерживая улыбку, поклонился, а затем крикнул короткое «Байрон!» — и от вида несущегося к конюшням матерого кровожадного пса у меня задрожали ноги и перехватило дыхание, будто это на меня натравили собак. Паника сдавила грудь невидимыми ремнями, лишая кислорода и вынуждая задыхаться.

«Он же его разорвет! Карам не может летать. Не сбежит. А еще оставила его возле земли.