Оковы

Орманг повернулся к третьей повозке, которой правил возница, закутанный в ткань. На лице Орманга расползались черно-голубые жилы. Глаза светились мрачным огнем. Никто кроме Мираэль не заметил изменений в нем – пожилые люди спали, а мать была слишком занята близнецами.

– Что с тобой? – прошептала девушка.

– Здесь слишком много мертвецов.

Он с шумом втянул воздух.

Мираэль осмотрелась. Она пыталась перейти на магическое зрение, но смогла удержать внутренний взгляд лишь на несколько мгновений. Ее силы были ничтожны.

Необычайно ничтожны. В этот короткий момент она заметила, что между ней и Ормангом крепкая магическая связь.

Мертвецов она увидеть не успела. Однако почувствовала могильный холод.

Орманг привиделся ей в несколько другом образе. Не все было так уж хорошо с поглощенным им телом Руда. Оно стремилось туда, где ему и было место – во мрак холодной могилы. Только мощь Орманга, этого непонятного существа, поддерживала его в приемлемом виде.

– Тебе должно быть очень больно? – тихо произнесла Мираэль.

Орманг перевел на нее непонимающий взгляд. Затем снова вперил взгляд в закутанного возницу.

В одном месте из-за ночного дождя разлился ручей и дорогу размыло. Первая телега застряла. Лошади били копытами и встревожено ржали. Они не меньше людей хотели покинуть это место, этот жуткий влажный лес.

Возница-арлиссец обернулся и крикнул двоим нордланцам. Мираэль не знала языка, но все было понятно и так.

Один из нордланцев повернулся и произнес:

– Сходите с повозки! Нужно толкать.

Пешком пойдете, пока на камни не выйдем.

Спящие путешественники проснулись и неохотно выбрались из повозки.

Нордланцы отправились к первой повозке и принялись толкать ее из грязи. Возница закутанный в ткань остался на месте.

Ничего не получалась. Повозка крепко увязла.

– Эй, чего стоите? – крикнул рыжий нордландец Ормангу и вознице на последней повозке – Подсобите! Иначе мы тут ночевать останемся.

Возница не шелохнулся. Орманг на мгновение обернулся, затем снова вперил взгляд в закутанного возницу.

Он следил за ним настороженно. И Мираэль это не нравилось. Когда могущественное существо считает что-то стоящим внимания – простому человеку впору бежать без оглядки.

Орманг пошел к первой повозке и прежде чем трое мужчин что-то поняли, одной рукой приподнял повозку и сдвинул ее с затопленного участка. Не обращая внимания на повисшее в воздухе всеобщее изумление молча пошел ко второй повозке.

Конь, к которому он приблизился, пытался убежать.