Бессмертие не для всех

– Ну что, готовы? Никому не страшно?

Мирэя придирчиво осмотрела свою свиту – положиться, увы, можно было только на Олвика.

Всё шло прекрасно: Мирэя уверенно шла вперёд, остальные бесшумно крались за ней. Тишину нарушали лишь протяжные позывные агнегеров.

"Сейчас все злоги превратятся в немигающих истуканов, – предвкушал потеху Буги. – Как всё-таки удобно, когда рядом маг".

И вдруг что-то огромное со свистом пронеслось над головами заговорщиков. Все замерли. До злогов, охраняющих вход в пещеру, было уже рукой подать, но прекрасному плану не дано было осуществиться.

Крылатая тварь зашипела и стремительно кинулась на Мирэю.

– Дракон! Дракон! – завопил Буги что есть мочи.

Мирэя произнесла заклинание онемения, поскольку именно оно вертелось у неё на языке. Это лишь на мгновенье смутило нападавшее чудовище. Оно отпрянуло, но тут же с новой силой, полыхая молниями, напало на Мирэю.

– Неприкаянный! – догадалась девушка, и у неё подкосились ноги.

– Заморозьте его! Что вы медлите? – отчаянно вопил Буги, уворачиваясь от молний.

– Бегите, бегите все подальше от меня! – закричала Мирэя. – Погибните!

Но бежать было некуда. Злобная тварь непрерывно метала молнии, которые стеной огня перекрывали им путь назад. В такой ситуации даже агнегеры показались путникам не такими уж страшными, – они тоже испугались крылатой нечисти и скрылись в пещере. Туда же бросились со всех ног грибуны и Кумбрик. Только Мирэя яростно сопротивлялась врагу, принявшему облик озлобленной птицы, да Олвик рычал и вставал на дыбы, пытаясь схватить её зубами.

Неприкаянный не отступал. Мирэя поняла, что ей не одолеть его, и стала продвигаться к пещере. Как трудно давался ей каждый шаг! За что же преследовал её этот страшный враг?

***

Предназначенные в жертву пленники находились во второй, если считать от входа, пещере. Они были надежно связаны толстыми верёвками. Агнегерам предстояло решить, каким образом лучше ублажить Огненную Саламандру: предложить ей сразу всех несчастных или поочередно, одного за другим.

Покрытые густым черным мехом, длиннорукие стражники, скалили желтые зубы, шипели и били себя кулаками в широкую грудь.

– Зачем я только ввязался в этот поход? – стонал Дебори. – Угораздило же попасть в звериное логово!

– Если бы Гупегури не заснул, то злоги не застали бы нас врасплох, – сверкнул глазами Тим Огнеруд.

– Всё равно бы с ними столкнулись, – зло возразил Дебори. – Лежали бы на этом же месте, да еще раненые и покалеченные.