Сколько волка ни корми

Вполне возможно, что и «обряд посвящения» этот Лесьяра сама придумала, что и не таинство это никакое, веками закреплённое, а так — что первым в голову пришло, чтобы отмахнуться.

Но решил Вран Лесьяре не перечить. Может, и зря.

«Испытание» это, в сущности, ничего особо трудного в себе не заключало: нужно было Врану обо всём, что он о лютах узнал, рассказать, да на вопросы ответить. Звучало не так уж сложно, хотя Солн напрягся сразу же — но не обратил на это Вран внимания, не захотел обращать. Слишком горд собой Вран был, слишком победой своей доволен — на это, вероятно, Лесьяра и рассчитывала.

Назначили Врану часом переломным вечер следующего дня — чтобы выспаться успел, отдохнуть, а как только глаза разомкнёт, тут к нему Лесьяра с другими проверяющими и придёт. Только Солн рот открыл, замечая, что не мешало бы хоть как-то Врану к испытанию подготовиться, так мгновенно возразила Лесьяра: ужели дополнительная подготовка ему нужна, ужели пробелы какие-то в знаниях у него есть, старшим не закрытые? Чем же занимался Вран тогда эти три месяца, как же Вран может тогда так уверенно за границу проситься?

«Прилежно я учился от рассвета до заката, а иногда — и до нового рассвета, хозяйка, — тут же Вран заявил, и сделал Солн глаза страшные, многозначительные, но и это Врана не остановило.

— Всё я знаю, что мне нужно... что вам нужно, что старший мне рассказывал. Хоть сейчас перед вами за знания свои отвечу».

«Сейчас не нужно, — мягко Лесьяра головой покачала. — Завтра ответишь».

Ответил.

Не соврала Лесьяра — как только покинул Врана сон, кое-как его в холме сморивший, распахнулась дверь, в убежище лютов ведущая, и вошла в неё Лесьяра с целой толпой лютьей.

Четыре лица из толпы этой Вран узнал: саму Лесьяру, Радея, Солна, Бушуя...

...остальные так и остались для него загадкой.

Привела с собой Лесьяра, к удивлению врановому, стариков одних, Врану незнакомых; все они возрастом с его родителей были, а то и старше, как Бушуй. Верно, мудрейшие из племени — смутило тогда Врана такое множество наблюдателей, но чуть-чуть совсем.

Вран быстро на ноги вскочил, голову склонил приветственно — и мелькнула в глазах Лесьяры насмешка, но и она ему кивнула.

«Итак, — сказала. — Начнём. Вран из Сухолесья, поведай нам — что узнал ты о нас нового, любопытного, душу твою единственную тронувшего?»

Возможно, не следовало Врану тогда так отвечать, как ответил он.

Возможно, иначе он начни, так иначе бы всё и пошло.