Сколько волка ни корми

Благодарю я и тебя, Вран из Сухолесья, за упорство твоё, за открытость твою, за веру твою в себя и других — но не могу я тебя поблагодарить за трудолюбие, послушание, прилежание и достаточные знания. Говорю я тебе «нет», но лишь до тех пор, пока не будешь ты готов вновь перед нами предстать, чтобы ещё раз испытать мы тебя смогли.

«Мы».

Какое же это «мы», змея ты скользкая, если сама ты только что сказала: одна ты тут всё решаешь, остальные так — для развлечения твоего сюда приведены да для того, чтобы в очередной раз меня в грязь лицом макнуть?

Вран делает глубокий вдох.

— Спасибо на добром слове, хозяйка, — говорит он, улыбаясь так сладко, как только может — прямо как ведьме ночью прошлой улыбался. — Спасибо за то, что...

Сводит у Врана горло от злости, так сильно сводит, что сглотнуть он даже не может — а Лесьяра ему в ответ так же сладко улыбается, и не представляет Вран, как могла эта обманщица двуличная такую душу светлую, как Бая, воспитать — как могла Бая под крылом матери такой.

..

Бая...

Бая всю дорогу до холма Врана за руку держала, ни на кого внимания не обращая, а потом чуть нож у него забрать не забыла. Бая посмотрела на него напоследок так... так. Столько всего в глазах Баи было — столько всего Врану ещё предстоит увидеть. Этому-то Лесьяра никак не помешает. Этого-то Лесьяре у него никак не отнять.

А холм этот... Что ж, поживёт в нём Вран ещё немного — тем более что на другом холме они с Баей сегодня встретиться договорились. На том самом, с которого на капище, огнём пылающее, глядели.

— ...что справедливо, честно меня оценили, — Вран продолжает — и как второе дыхание в нём открывается. — Всё я понимаю, хозяйка, со всем согласен — не могу я никак с душой своей общительной управиться, хоть и одна она у меня. Как тут не посвоевольничать, когда другие души вокруг такие прекрасные гуляют, как с ними не заговорить? Все имена предков ваших, к сожалению, перед ними меркнут, все тонкости из головы выветриваются — вот смотрю, например, на дочь вашу старшую, и только одно имя в голове: Бая.

Придётся бороться с этим, хозяйка. Исправлять это, конечно, до испытания следующего. Будем мы с Баей упражняться, буду я к присутствию её привыкать да разум свой оттачивать, чтобы уж ни при каких обстоятельствах сведения нужные из него не испарились.

Сдавленно старики закашливаются, косится на него Солн с выражением в глазах странным — но как будто не осуждающим.

Весёлым даже.