Невеста для серого волка

Как осколки мира, которому я не хочу принадлежать.

– Решила поиграть со мной, Р-рози?

Он приближался медленно, зная, что девчонка, загнанная в угол комнаты, никуда от него не денется. Торн привык побеждать. Во всем.

– Я люблю игры. Определенного рода, – еще один взгляд, опаливший меня до костей. – Тебе понравится. Но сначала я проверю, что за товар подсунул мне Джеймс.

И прежде, чем он сделал последний шаг, прежде, чем выбросил вперед руку в попытке схватить меня за плечо, я метнулась в бок – к креслу.

К сумке под алым плащом, и запустила в нее трясущиеся пальцы.

В руку мне так идеально-удобно, по-родственному, лег тяжелый отцовский револьвер.

– Стойте! Не подходите ко мне! – вскрикнула я, целясь Торну в грудь.

Глаза его удивленно расширились, но уже через мгновение рот растянулся в довольной улыбке – сверкнул ряд белых, почти идеально ровных, зубов.

– Ты хочешь убить меня, милая Рози? Куда будешь стрелять? В голову… – Торн коснулся двумя пальцами лба, а потом начал неторопливо расстегивать пуговицы своей белоснежной рубашки, нагло ухмыляясь и не спуская с меня взгляда.

-… или в сердце?

Глоуд накрыл ладонью место чуть левее грудины и сделал шаг вперед, будто я встречала его с распростертыми объятиями, и будто не на него был нацелен гладко отполированный ствол.

Он не боялся меня даже вооруженную. Я же, напротив, тряслась от страха – зуб на зуб не попадал, огромным усилием воли я удерживала револьвер на весу.

– Не подходите, – процедила сквозь плотно сжатые зубы.

Вся кровь устремилась к голове – я чувствовала, как она пульсирует в висках, в глазах, во лбу. Как печет шею, уши, подбородок и огненным потоком стекает на грудь.

Душит.

– Убить человека может далеко не каждый. Для этого нужен определенный склад характера, – вещал мой мучитель, избавляясь от рубашки. – Червоточина внутри. Но стоит один раз

позволить

себе…

– Замолчите! – еще чуть-чуть, и у меня начнется истерика.

Он знал, – будь он проклят! – знал, что у меня не хватит духу спустить курок, поэтому вел себя так нагло.

– Где ты взяла эту игрушку? – Торн выпростал руки из рукавов и небрежно отбросил рубашку.

Его подтянутое тело белело в полумраке комнаты, но во мне не было ничего, кроме страха – он рвался наружу, и меня замутило. Чтобы удержаться в реальности, я сжала револьвер двумя руками.

Как будто это могло помочь.

–

Используй его только в самом крайнем случае, когда иного выбора не будет.