Университет драконологии. Книга первая. Магия крови

И от этого на душе стало особенно тоскливо и безрадостно. То и дело оконное стекло жалобно дребезжало под порывами стихии, и в унисон этому я зябко ежилась.

Как-то неспокойно у меня на сердце. Так и чудится, что вот-вот произойдет что-то очень дурное.

— Амара, дочка, опять в одиночестве скучаешь?

За спиной с протяжным скрипом давно несмазанных петель распахнулась дверь, и я вынырнула из омута невеселых размышлений. Обернулась к порогу и вежливо склонила голову, увидев Велиту — хозяйку постоялого двора.

Высокая дородная женщина средних лет по привычке вытирала руки краем фартука, глядя на меня с доброй улыбкой.

— Сильно, видать, ты вашу воспитательницу рассердила, — заметила она, легким движением руки разбудив спящую под потолком мутную магическую сферу, чей заряд был настолько истощен, что давал лишь самый минимум света. — На прогулку тебя не взяла.

— Матушка Шарлотта строга, но справедлива, — как можно ровнее произнесла я, стараясь, чтобы голос не дрогнул от обиды.

Что скрывать очевидное, наказание показалось мне слишком суровым.

Подумаешь, отстала я немного от остальных. Вечера без ужина вполне хватило бы для искупления моей вины. Но слишком жестоко лишать меня, скорее всего, единственной в жизни возможности увидеть Доргфорд! Ведь вполне может случиться так, что я больше никогда не увижу столицу.

В карих глазах хозяйки промелькнула понимающая сочувственная усмешка. Видимо, она без всяких проблем угадала, что я думала по поводу этой ситуации на самом деле.

— Я слышала, вы завтра уже уезжаете? — поинтересовалась она.

— Возвращаетесь обратно в храм Айхаши?

— Прежде нас примут в Доргфордском училище бытовой магии, — ответила я. — Матушка Шарлотта договорилась, чтобы мы прошли экзамены. Если кто-то из нас выдержит испытания — то останется при училище на три года. В храме всегда нужны послушницы, владеющие элементарными чарами наведения порядка.

Как я ни старалась держать эмоции под контролем, но в тоне все равно проскользнула плохо скрытая надежда.

Я была почти уверена в том, что попаду в число счастливиц, оставшихся при училище.

Конечно, матушка Шарлотта рассказала нам о том, что мы все равно будем учиться на особых условиях. За нашу учебу платил храм, и платил щедро, следовательно, он был вправе требовать соблюдения особых правил для нашего проживания. Так, например, всем поступившим послушницам было наистрожайше запрещено покидать территорию училища. При нарушении этого запрета следовало немедленное исключение и возвращение с позором в храм.