Любовь на крови

– Просто мне было интересно, скажете ли вы правду.

Кайтана поджала губы и отвернулась от наглеца.

– Оубе. Оубе Бекмор. Мое имя, – послышалось за ее спиной. – Я приплыл с другого континента.

– С Запада? – деловито поинтересовалась Кайтана.

– Да, с Запада. Оттуда, где зародилась та зараза, что теперь свирепствует и у вас.

– И вы много о них знаете? – позабыв об обиде, спросила Кайтана.

– Достаточно, чтобы бояться и слишком мало, чтобы противостоять. О, вот и экипаж. Нам повезло. Эй, – махнул он рукой скучающему кучеру, – давай сюда.

Это была не карета ее отца, но все же крытая повозка, да и расслабиться, пусть и на жестком сиденье, хотелось до невозможности. Ноги Кайтаны все еще дрожали, но внутри все будто бы обморозилось. Она знала, что эта внутренняя тишина не продлится слишком долго. Как только она окажется в безопасности, организм почувствует, что буря миновала и ослабит все защитные барьеры. Вот тогда воспоминания накроют ее, как цунами. Но сейчас она могла немного передохнуть.

Просто сидеть в закрытой повозке, кутаться в штору и ни о чем не думать, таращиться в одну точку (кажется, это были колени Оубэ).

– Куда вас отвезти? – выдернул ее из прострации вопрос парня.

– А? – вскинулась Кайтана.

– Я мог бы отвезти вас к себе, но боюсь, что в будущем это доставит вам еще больше хлопот.

– Ко мне, – раздался вдруг бесцветный голос Филиппы.

Кайтана посмотрела на подругу. Ее лицо было бледным и бесстрастным, у фарфоровой куклы во взгляде и то больше жизни.

Кайтана не была уверена в правильности решения, но выбирать не приходилось. В конце концов, она чувствовала ответственность за подругу, и если сама предпочла бы привести себя в порядок на каком-нибудь постоялом дворе, то требовать этого от Филиппы не могла.

– Сиреневая улица, особняк семьи де Гусман, – обреченно сказала она и снова уставилась на колени Оубэ.

Алонсо де Гусман

Глава 8. сто золотых.

Отец Филиппы встретил гостей молча. Когда Оубе ввел его дочь в дом, он сразу понял, что случилось нечто из ряда вон выходящее и, конечно, догадался, по чьей вине.

Барон Алонсо де Гусман метнул в подругу дочери настолько острый взгляд, что будь тот ножом, прошел бы сквозь нее. Но человек он был поразительной выдержки и невероятной сдержанности. Кайтане он напоминал аллигатора – холодного, расчетливого и не удостаивающего внимания ничего, кроме выгоды. Барон владел большей частью кораблей в их гавани и охотно сдавал их в наем.