Любовь на крови

Иногда Кайтана задумывалась, что заставляет Филиппу печься о ней, рискуя своим порядочным именем. И приходила к выводу, что две вещи: с ней было весело, хоть и опасно, к тому же близость к единственной дочери властителя Бравиля делала ее более значимой в глазах общества. Впрочем, это все домыслы, ответ на этот вопрос, вероятно, не знала и сама Филиппа.

До нужного места девушки добрались как раз к тому времени, когда фонарщик зажег последний огонек в квартале моряков. Их было всего штук пять на три улицы. И один из них горел над дверью в самый приличный дом морских львов.

Он принадлежал капитану Брассу, самому отважному и беспринципному человеку своей профессии.

Капитана Кайтана знала лично. Он был молод и охоч до развлечений, поэтому, проводя время на суше, устраивал многочисленные приемы. Однажды она попала на один из таких закрытых вечеров, где продула порядочную сумму в карты. Когда отец Кайтаны узнал об этой истории, запер ее во дворце на месяц. Приличным девушкам Бравиля не положено было играть в азартные игры.

Им вообще не позволялось ничего из увлечений Кайтаны, кроме разве что конной езды.

Встав у входа, Кайтана постучала в дверь. Открылось смотровое окно, и из него показалось лицо мальчишки.

– Какой сегодня день? – задал он вопрос.

– Уже вечер – вечер морских львов, – ответила Кайтана.

Мальчишка хмыкнул и, сочтя пароль верным, открыл дверь.

Подруги оказались в темной прихожей, слишком маленькой для троих человек. Мальчишка принял у них плащи и прошмыгнул в каморку для верхней одежды, а девушки остановились у мутноватого, но довольно большого зеркала.

Кайтана придирчиво осмотрела свое отражение. Сегодня на ней было неприлично открытое и узкое платье. Такие наряды только начинали входить в моду и все благодаря ей. Не любила графиня пышные юбки, они плохо вязались с ее активным образом жизни, поэтому она медленно, но верно диктовала синьорам Бравиля свои вкусы. Плотный бордовый шелк облегал бедра, расходясь к низу волнами, а высокую грудь сжимал корсет, демонстрируя аппетитные формы.

Плечи были обнажены, только легкая кружевная шаль покрывала их, да распущенные пряди длинных иссиня-черных волос.

Кайтана приблизилась к зеркалу, поправила маскарадную маску на лице, блеснув светло-карими, почти золотистыми глазами, затем достала флакон купленных у травницы духов.

– Нет смысла в этой маске, Кайти, ты же понимаешь, – вздохнула Филиппа. – Среди южан мало светлоглазых.

– В Бравиле всегда полно приезжих.