Ворожея королевского отбора

«Не нужно мне внимание короля!»

Не так уж оказалась скромна самая юная участница отбора. И ее поведение было вызвано отнюдь не скромностью и врожденной стыдливостью. А просто… нежеланием здесь находиться? Почему? Или, вернее… Зачем тогда она здесь, если не готова бороться за сердце повелителя?

Я протянула девушке чашку с мятным чаем и присела рядом на диванчик. Ее пальцы чуть заметно дрожали, потому она лишь едва притронулась к чаю и отставила его на столик, явно опасаясь расплескать.

— Думаю, что если терра Виолетта не будет поднимать шум, то вас просто удалят от двора.

Уверена, вам подберут хорошего супруга…

Девушка бросила на меня короткий взгляд, но я успела заметить и боль, и отчаянье в ее глазах.

— Вы не хотели замуж? – мягко и осторожно предположила я. – Зачем тогда вы во дворце?

По лицу девушки прошла судорога, и в этот раз она посмотрела на меня, не скрывая страха и мольбы.

— Я никому ничего не скажу. И даже постараюсь вам оказать посильную помощь, — пообещала я. Если меня саму не вышвырнут из дворца, как случайно приблудившегося котенка.

Девушка опустила взгляд на сцепленные на коленях пальцы. Она молчала слишком долго. Настолько, что я уже начала всерьез опасаться, что она не станет делиться со мной своей тайной.

— Я не хотела быть здесь, — проговорила она хрипло, едва слышно. – Даже, вопреки воле мачехи, сдала экзамен в Теренейскую академию магии. Меня приняли…

Она замолчала, борясь с эмоциями. И я закончила вместо нее.

— Но за вами прибыли гонцы из дворца, — кивнула я.

– Но ведь если у вас были бумаги, подтверждающие, что вы поступили в академию, то можно было отказаться принимать участие в отборе. Студенты магических академий имеют такое право.

— Я и хотела! Но… — она как-то судорожно вздохнула, практически всхлипнула. — У меня есть младшая сестра. Инглин. После смерти родителей у нас никого не осталось – только мы. А мачеха бы не стала церемониться и отправила бы вместо меня сестру. Понимаете… Я не могла этого допустить.

Боги светлые, ведь сама Аберсвейт едва достигла возраста зрелости, что говорить о младшей сестре.

— Она, должно быть, совсем ребенок, — едва слышно, одними губами проговорила я.

У меня перехватило горло. Я ясно представила на месте этой девушки себя. О, я бы точно так же поступила. Разбилась бы, но не допустила, чтобы Анну кто-либо обидел.

— У нас рано отдают дочерей замуж, — вздохнула участница отбора, снова взяв в руки чашку с чаем.

— Не думаю, что его величество это одобрил бы.