Баланс

«Светоч» жил на лезвии бритвы, дабы за мизерный срок успеть впитать тысячелетия и это рвало арканы! Но вместе с болью надрывов избранное дитя познавало любовь. И любовь давала силы, учила выдержке и терпению, гармонии и покою, умению говорить с собой и через себя слышать великую мудрость предков.

И когда искра вселенной окончила земной путь, её встречали сами создатели «Баланса». Всё было у искры: вековая мудрость предков, сияние чистой любви, бездонная сила стихий, не было только крыльев.

Чтобы завершить полотно, Ангел и Демон, а мы давно их не называли столь узко ограниченными именами, могли лишь отдать свои. Но отдав свои, у них оставался единственный путь к истокам, только через земную жизнь и только если «Светоч» сам захочет вернуть их домой. Отдать означало поверить. Правильно ли они всё сделали, тот ли это «хранитель», которому можно доверить целый мир, ради которого стоило плести полотно?.

Тьма не умела верить, но за столько тысяч лет она насквозь пропиталась светом. Свет не умел отдавать контроль, но за столько тысяч лет он научился договариваться с тьмой. А потому искре вселенной достались сразу две пары крыльев: внутренние, пропитанные Сиянием Нового Мира и внешние ставшие для этого мира Бронёй.

9. Единственный день на Земле.

Через сто лет после дня «Икс»

На берегу подернутого дымкой озера, утопающего в сочной зелени, умытой утренней росой, друг напротив друга стояли двое.

- Пора, - шепнул высокий светловолосый юноша, нежно прижимая к себе стройную смуглую брюнетку, - сутки на исходе…

- Пора, - отозвалась та и в последний раз сладко поцеловала рождённого светом, с дрожью впитывая знакомый аромат луга, леса и снега с самой вершины Эвереста.

Через секунду вся сеть прибрежных озёр острова Ски была накрыта цунами.

Возвращаясь к истокам бытия дух света, всё ещё походивший на юношу, тихо прошептал:

- Знаешь, прожить на Земле человеком даже один единственный день - огромное счастье.

- Истинное счастье! - эхом повторила девушка, унося с собой в лоно мироздания почти растаявшую улыбку.