Измученные души

Например, марау, неприметный серый камешек с небольшим серебристыми прожилками. Его применяют для устранения неприятного запаха в холодном шкафу. Или дурмий — маленький зеленый камень, похожий на горошину, используемый для отдушки белья во время стирки.

Да таких камней множество. Но все известные и широко используемые очень слабы. Они способны лишь на то, чтобы перебить неприятное амбре. Ни один из них не справится с трупным запахом. Эти камни абсолютно не подходят для того, чтобы хорошо спрятать тела от нюха оборотня.

Надо бы наведаться в императорскую библиотеку и проштудировать там манускрипты о древних талисманах. Но мое маленькое расследование, итак, мешало основной работе. И если я окунусь в него с головой, тогда рискую получить нагоняй не только от Дистра и Ардена, но и от Эдварда. Я настолько увлеклась разгадыванием таинственных исчезновений в Валгере, что не заметила, как задвинула на задний план все остальное. Единственный плюс — я перестала думать о Тарухе.

Но закончившийся отпуск Хаспри и его появление в инспекции положили конец моим попыткам найти решение загадки валгерского поселка Надьёв.

Как только оборотень уселся за свой стол, появившись в отделе, мы вместе с Виландом накинулись на него с расспросами. Обведя нас хитрым взглядом, Хаспри довольно сообщил, что преквизиторы Валгеры не только рьяно взялись за расследование убийства Ойлами, но и серьезно заинтересовались пропавшими без вести жителями небольшого поселка.

— Хотя они и уверены. — с сарказмом усмехнулся он, — что все исчезнувшие мужчины ушли искать лучшей жизни в город, скорее всего в Шупад, но не скидывают со счетов и версию об убийствах.

Валгерские коллеги все же предполагают, что супруги пропавших оборотней просто-напросто покрывают бегство своих пар и терпеливо ждут, когда они их заберут с собой.

— Зачем такие сложности? — недоуменно спросила я.

— В этом Надьёв, скажем честно, жизнь далеко не сахар, — сокрушенно вздохнул оборотень. — Просто уйти они не могли. Воспитаны в уважение и почтении к старшему поколению, считающему, что только тяжелый труд есть истинный смысл жизни, а все остальное лишь глупость.

Также все жители Надьёв очень суеверны. Судя по тому, что мне поведали коллеги, каждый их них боится разгневать богов своим уходом.

— А бегством не разгневают? — удивленно хмыкнул Виланд.

— А кто их знает? — усмехнулся Хаспри и пожал плечами. — Их пары остались в поселке. Видимо, тем самым они хотят обмануть высшие силы, — он еще раз усмехнулся и покрутил головой.