Многоликий Янус (часть 2)

Я же настолько устала в дороге, да и от самих переживаний, что практически равнодушно встретила новость о смене своего «хозяина». Главное, что со мной хорошо обращались и не собирались продавать в бордель. Буду решать проблемы по мере их поступления, успокоила я себя и потянулась за кружкой молока и добавкой хлеба. Подкрепившись, я закуталась в одеяло и, немного послушав писк и шебуршание мышек в сене, спокойно уснула.

Утро встретило меня пением петуха и танцем пылинок в солнечном луче, пробивающемся между досками сеновала.

Какое-то время я просто лежала и прислушивалась к звукам постепенно просыпающегося хутора.

Вот, видимо, хозяйка или служанка кормит кур, подзывая их тягучим «цыипа-цыипа», вот прошли мимо сеновала, довольно гогоча, гуси, затем послышался стук топора. Все это я лениво отмечала в своем сознании, пока не услышала топот множества копыт и грохот колес тяжелой повозки. Я поняла, что это, скорее всего, приехали за мной, и метнулась к стене сеновала, всматриваясь в щель между досками.

К моему убежищу быстрыми шагами направились два хорошо одетых господина, и я отпрянула от щели, усевшись на свое одеяло.

Дверь широко распахнулась, и я прикрыла рукой глаза от хлынувшего внутрь света.

— Это она?

В голосе говорившего я услышала разочарование.

— Опусти руку! — а это уже был голос моего похитителя. Оказывается, он не уехал, а лично дожидался покупателей.

Я опустила руку и посмотрела на вошедших.

Двое мужчин были одеты в черные с белым одежды, крой и ткань которых говорили о том, что прибывшие являлись людьми отнюдь не бедными, а, судя по манере себя держать и брезгливо прижатым к носу белым кружевным платкам, аристократами.

Подумаешь, пару раз на ведро сходила! А то они, можно подумать, ночными вазами не пользуются. Видимо, что-то такое отразилось у меня на лице, что мужчины синхронно убрали от лица платки и посмотрели на меня более заинтересованно.

— А ты нас не обманываешь? — чуть повернув голову влево, бросил один из них моему похитителю. — Эта замарашка понравилась нашему императору?

— Аврора, сними платок! — последовал резкий приказ.

Я медленно стянула его с головы, а затем ловко съехала со своего стожка и дернула за конец подвязанного на крестьянском платье кушака. Пояс скользнул к моим ногам, а я наклонилась и, подхватив руками подол ветхого одеяния, потянула его вверх.