Многоликий Янус (часть 2)

У нижней ступени лежал еще один бесчувственный старик! Это было уже слишком! Я с этим-то не знала, что делать!

Кое-как протиснувшись вместе со своей ношей на улицу, я огляделась. Справа от крыльца увидела небольшой палисадник, к счастью, не огороженный забором.

- Туда! – кивнула я поварихе.

И вскоре мы аккуратно укладывали дворецкого на траву. Едва выдохнув, я поторопилась встать и потянула за собой повариху.

- Быстрей вставай! Второго еще перенести нужно!

Какого второго? – посмотрев на меня как на сумасшедшую, удивленно протянула женщина.

- Там еще один старик упал, когда мы Тимофея несли через холл! – ответила я на ее невысказанный вопрос.

Едва я успела это проговорить, у кухарки закатились глаза, и она кулем рухнула поперек дворецкого. После третьего в течение последних пяти минут фееричного падения на моих глазах людей я чувствовала себя так, что очнись эти двое сейчас и спроси: «Третьим будешь?», я сразу бы ответила: «Буду!».

В этой ситуации я растерялась, пожалуй, как еще никогда в своей жизни! Три человека лежат без сознания, причем я не знаю, насколько это серьезно, а у меня нет даже обыкновенного нашатыря, и скорую не вызвать!

Я вскочила, чтобы бежать за стариком у лестницы, и тут, на свое счастье, увидела единственного мне знакомого и более-менее подходящего человека! Мимо барского дома шел кузнец, когда из палисадника на него вылетела молодая хозяйка!

— Степан! Степан! — бежала я к нему, волосы назад.

На удивленном лице мужчины расцвела счастливая улыбка.

Но тут, запыхавшись, я подлетела к нему и, схватив за руку, как маленький, но мощный локомотив-товарняк, потащила его к дому. Я чувствовала, что взмокла от пота, словно ломовая лошадь, но думать о внешнем виде и запахе мне было некогда. Мне и вправду было очень страшно! Не успела появиться в доме, как три человека из-за меня при смерти! Ну, во всяком случае, два.

Не имея возможности от усталости говорить, так как удивленного и не понимающего, куда и зачем его тащат, кузнеца, мне пришлось буксировать к месту трагедии буквально насильно. Я ткнула в крестообразную композицию из двух тел пальцем и смогла только выдавить из себя: «Вот».

Секунду назад освещенное придурковатой улыбкой лицо кузнеца исказила гримаса ужаса.