Многоликий Янус (часть 2)

Кстати, еще неясно, как его отец отнесется к известию, что в теле его невестки поселилась заблудшая душа взрослой женщины! Хотя… кто о моем возрасте узнает, если я сама не проболтаюсь!? И так мне необходимо переждать и хотя бы дня два поизображать бурную деятельность и то, что я страшно обижена на «мужа», что он меня назвал чужим именем. Ну, типа, я ревную! А что, он будет меня со всякими там профурсетками путать, а жена терпи!? И не подумаю!

Пока я раздумывала, чем бы мне заняться, да так, чтобы Оливеру было неудобно меня вызывать снова на разговор, за окном послышался шум.

Я, конечно же, тут же сунула свой любопытный нос за занавеску. Сначала мне показалось, что это ребятишки выбежали на улицу играть, едва распогодилось. И ведь да, я же их обещала новой игре научить! Я, конечно же, это сделаю, но не сегодня, когда по двору не пройдешь из-за грязи.

Итак, я пригляделась к суетящимся за окном фигурам. Да уж, явно не детишки. Похоже, молодой хозяин согнал мужиков дом ремонтировать. Те стекались со всех сторон, большей частью высокие, мускулистые и бородатые, если против первых двух параметров я была вовсе не против, то бороды не люблю, а уж особенно похожие на большие мочалки.

Опустив занавеску, я призадумалась. А что, если затеряться среди людей, ну и помогать им по мере сил? Сказано — сделано! С огромным трудом отодвинула от двери трюмо, попутно удивляясь, насколько легко я его придвигала на адреналине, и отдышалась.

Бросила взгляд в зеркало и притормозила. Так-то всё ничего, но вот переодеться бы снова не помешало, раз уж я работать собралась.

Логически рассудив, что, увидев молодую княгиню в недавнем платье служанки, люди невесть что могут подумать. Поэтому, быстренько прошерстив гардероб Авроры, нашла не очень пышное темно-синее платье с длинными рукавами и небольшим воротником-жабо под самое горло. А что, немарко и скромно, и никаких вырезов до пупа! Обула мягкие синие туфельки на малюсеньком каблучке и, сделав мордочку кирпичиком, вышла из комнаты.

Под дверью меня никто не караулил, поэтому я с облегчением выдохнула и резво зацокала по ступенькам на первый этаж.

Улица встретила меня басовитым гомоном мужских голосов и их же деловитым мельтешением вдоль стен дома. Приглядевшись, я увидела, что одни из них были заняты соскребанием старой штукатурки со стен дома, а другие в больших деревянных бочках замешивали какой-то белый раствор, насколько я поняла, штукатурку. С крыши дома послышался стук молотка.