Многоликий Янус (часть 2)

Мы с Гарнией уложили младшую сестренку на софу и брызнули на лицо водой. Ядвига открыла свои огромные зеленые глаза и сфокусировала их на мне.

— Я стану мамой!? Это правда?

— Ну, по всем признакам, да. По утрам тошнит?

— Да.

— Ну, значит, станешь! Как раз, думаю, в начале лета это случится.

Бледное личико девушки озарила счастливая улыбка.

Мы еще долго разговаривали о всяком, бывало, резко перескакивая с одной темы на другую. Также сестры не забыли меня спросить, что я буду дальше делать и как вести себя с Оливером.

Я и сообщила им о своем решении все ему рассказать, а там как судьба распорядится! Если, узнав все, примет меня, будем счастливы, пока Аврора не вернется. Ну а дальше ему самому потом жить без меня.

После такой грустной темы разговор как-то сразу сошел на нет, и мы с Гарнией начали зевать. Окликнули Ядвигу, а она, оказывается, уже успела уснуть, свернувшись на софе калачиком. Мы оставили ее спать в кабинете, благо ее невысокий рост позволял ей там поместиться.

Гарния принесла плед и прикрыла нашу будущую мамочку! Видимо, мы подумали об одном и том же, так как одновременно улыбнулись и вышли в коридор.

Как-то толком не получалось мне осмотреть бывший дом Вильяма. Ни после своего падения в колодец, когда очнулась в одной из его комнат, ни сегодня. Гарния провела меня по темному коридору, освещая путь свечой, и толкнула дверь в довольно просторную комнату с самой обыкновенной меблировкой: кровать, шкаф, трюмо, небольшой стол и стул.

Оставив свечу на столе, Гарния пожелала мне доброй ночи и ушла к себе.

Не раздеваясь, я легла поверх покрывала, мысленно перебирая события сегодняшнего дня, и довольно быстро почувствовала, что засыпаю. Очнулась я от ощущения полета, затем моего лица коснулся свежий воздух, и я мгновенно проснулась, не понимая, почему у меня над головой звездное небо, а не потолок гостевой комнаты. Следующим открытием было то, что меня несут, я вздрогнула и попыталась вырваться.

«Она проснулась!» – услышала я злой хриплый шепот, и мне в рот запихнули какую-то дурно пахнущую тряпку, а на голову надели мешок. Страх накрыл горячей, душной волной, и всё погрузилось во тьму.

Глава 18. Зря не послушалась.

Проснулась я от целого букета неприятных ощущений, меня безбожно трясло, что-то больно упиралось в живот, и было очень трудно дышать. Пожалуй, именно последнее обстоятельство привело меня в чувство.