Нордшельский отшельник

Волна накрыла её с головой, и не успев вдохнуть как следует, она рефлекторно закашлялась. Вода мотала их из стороны в сторону. Больная рука хрустнула вновь, вода окрасилась в красный. Лэниэль закричала, но тут же наглоталась воды с отчётливым железным привкусом. Правую руку сильно тянуло, — удивительно, как ткань плаща ещё не разошлась по швам, удерживая вес двоих взрослых тел. Мильный шум ревущей воды заглушал все звуки.

Она то выныривала, то вновь скрывалась под водой. Казалось, этому не будет конца, она почувствовала, как невольно выскальзывает чужая рука из ее ладони.

Сил больше не было. Ее тело ударялось о многострадальное бревно, когда волны бросали ее то в одну, то в другую сторону. Ее соратник сумел подтянуться к бревну и свободной рукой ухватиться за шершавый ствол. Когда уровень воды немного выровнялся и начал снижаться, она смогла разглядеть его очертания. Под напором стихии маску Отшельника унесло течением. Он отдувался от воды и часто дышал, глядя на нее сквозь мокрые, спадающие на глаза, волосы.

— Где Марон? – прохрипела она, чувствуя, что наглоталась грязной воды. Она сильно и «влажно» закашлялась, как если бы болела бронхитом.

Норд покачал головой, оглядывая пространство.

Вода медленно распространялась повсюду и просачивалась вдалеке в те щели, в которых гнездилось змеиное кубло. Когда они одновременно подумали об этом, Норд принялся отвязывать ее от дерева, а затем вскарабкался на него, затаскивая ее наверх. Эти змеи хоть и не были чистокровно водоплавающими, но все же могли причинить большой вред в воде.

— Твоя рука, — выдохнул он, осматривая новый открытый перелом и кровотечение. – Выглядит нехорошо.

— Пустяки, — она опять закашлялась, — Нам нужно найти Марона.

Он возвел глаза к небу, и его контрастирующие белки на миг заняли все пространство глаза. На демонической половине лица это показалось особенно пугающим. Оставив ее сидеть на дереве, он отстегнул ножны с пояса и опять рыбкой ринулся в воду, но уже контролируя свое движение. Тело его скрылось под мутной водой, оставив девушку в томительном ожидании.

Она молча стала подсчитывать время – двадцать секунд, тридцать. Норд не всплывал, но изредка пузырьки воздуха появлялись, все отдаляясь от нее.

Оказавшись в воде, он опускался все ниже, и тем грязнее была вода, поднимающая грязь и песок со дна. Вся грязь круговоротом вихрилась в воде, и песок неприятно попадал в глаза. Видимость была нулевая, но он чувствовал, что Марон явно не у поверхности.