Нордшельский отшельник

Казалось, что без разрешения хозяина она не сможет ее покинуть, поэтому сидела на бревне тише мыши — уж сильно мощными были эти чары. Даже какими-то… инородными.

Через какое-то время незнакомец вернулся с заостренными ветками, которые были унизаны картофелем, мясом, грибами и овощами. Девушка непроизвольно сглотнула, ведь досыта ела уже очень и очень давно. Он разложил ветви над костром, а следом принес чугунный котел, наполненный водой. На широкой деревяхе он подвесил казан поверх еды.

— Полагаю, травы для чая ты будешь собирать сама?

Она кивнула, надевая лоскут, оставшийся от плаща, пытаясь плотнее спрятать сумку за ним, а затем вышла к реке.

Луна, казалось, держалась из последних сил, пытаясь остаться властительницей на небе, но розоватые вкрапления облаков говорили о том, что скоро рассвет вступит в свои права.

Она искала коренья у воды, отвлеченная бурным шумом реки, когда с ужасом услышала чужой разговор в нескольких метрах от себя:

— Где эта паршивая дрянь? Если мы не найдем безделушку, то прозябнем без нее.

Надо было срываться и бежать к опушке, но орки уже подошли слишком близко, и стояли на уступе, около которого она сидела, притаившись внизу.

— Не знаю, но уверен, она еще хорошо пойдет на мясо. Реорг еще не знал женщины, так что она для нас сплошной выигрыш.

Орки загоготали, оглядываясь, и сердце Лэниэль ушло в пятки, когда она заметила, что еще несколько зеленоватых бугаев ходит на противоположной стороне реки. Они направлялись в ее сторону, и вот-вот…

— ЭЙ, СМОТРИТЕ, БОЛВАНЫ!

Ее заметили.

Двое, что были ближе к ней, спрыгнули вниз, преграждая путь. За ее спиной была высокая насыпь и камни, поэтому они зажали ее, не оставляя шансов выбраться.

Они оскалились, рассматривая ее, и даже не обратили внимания, когда она попыталась неожиданно ударить одного из них клинком. Орк быстро отреагировал, просто закрываясь самодельным кривым щитом, и выбил им оружие из ее руки. Печально просвистев по воздуху, сталь затерялась где-то в траве.

— Не переживай, ягодка.

Сзади подошли еще двое, и теперь ее участь стала совсем печальной. Четверо на одного, а в зарослях бродит еще неизвестно сколько. Хорош следопыт, которого покромсают на куски в этом же лесу. И чем она думала, когда беспрекословно отправлялась сюда в одиночку? В опасный Нордшельский лес, в котором погибали целые отряды, короли, воины?

Один схватил ее за предплечье и шею и потащил прямо в тесную глубь леса, который скрывал опушку.