Нордшельский отшельник

Лэниэль устало улыбнулась, потому что знала – все складывалось лучше, чем она ожидала в самом начале своего пути. Но медлить не следовало:

— В дорогу!

Глава 12

Вдох свежего воздуха пронзил легкие, будто пробудив странников ото сна. Кусты на горе уже вовсю зацветали, и у кромки леса появились новые, доселе неслыханные ароматы трав и цветов. Капельки росы серебрились на зеленых листах, и поднимались из травы, повторяя в такт четырех пар сапог.

Не сговариваясь, они пошли отвязать лошадей, а затем, оседлав скакунов, галопом понеслись по зеленых просторам.

Хроны что-то рассержено кричали им вслед, но Отшельник знал, что ждет их впереди.

Они не заметили, что их соратники направились прямиком к морю, и даже не думали гнаться за ними.

Лошади неслись галопом по просторам бескрайнего песка, гривы их путались на ветру, и лица всадников овевало нежное весеннее дыхание.

— Может… стоило подождать их? – прокричала Лэниэль, пытаясь перекричать шквал в ушах.

— Глупости, сами доберутся.

Или ты хочешь, чтобы перед твоим носом вечно ворочался грязный коротышка, закрывая своей копной такие виды? Ты слишком много волнуешься. Поверь, у них есть свои средства передвижений. Они и не привыкли к лошадям – ноги коротковаты.

Копыта тонули то в траве, то переходили на камень и песок, но не останавливались, словно чувствуя спешку хозяев. Солнце поднималось все выше, и бежало по небу рядом с конницей, указывая свой путь. Шли часы, но их дорога только начиналась.

Лошади, истосковавшиеся по их обществу, не жалели сил и не сбавляли ходу.

Наконец она заслышала приближающийся шум волны, и с замиранием сердца поняла, что впервые будет так близко у берега. Преодолев небольшой курган, она натянула поводья, остановив Рыжика, который заскользил по траве. Норд остановился подле нее, не произнеся ни звука, и мягко откинул поводья, спрыгивая на землю. Он смотрел не вперед, а на Лэниэль.

Огромный простор белоснежной насыпи песка время от времени скрывался под волнами, накатывающими по левую руку.

Солнце уже успело пройти долгий путь, и теперь бросало последние лучи перед тем, как скрыться. Закат окрасил пространство в золотое марево, и нежные белые облака превратились в алых овец, бегущих по небу.

Но впечатляло не это, а то, что находилось на берегу – они отражали солнечные блики и слепили глаза, окрашиваясь в страшный красный цвет, повторяя за солнцем, играющим роль жнеца.