Нордшельский отшельник

Их ржание быстро утихло где-то вдали. Чернобокие вирны, во много раз превосходящие по размерам взрослую собаку, появились перед упавшими всадниками стремительно и внезапно. Их желтые сверкающие глаза контрастировали с пышной грубой шерстью, а огромные клыки с капающей на землю слюной уже нацелились на незащищенную плоть.

Лэниэль не успела подняться, когда ее бедро и левое плечо пронзили острые, причиняющие неимоверную боль, зубы. Вирны впились в нее, словно в самый долгожданный кусок мяса, и начали рвать ее плоть, не давая даже опомниться.

Среди возни и собственного крика она услышала лязганье зубов и меча сбоку от себя, но не могла даже пошевелиться, чтобы вытащить оружие – пасть второй твари сомкнулась на ее запястье, когда она прикрыла шею, второй же рукой она пыталась сжать морду другого хищника. Борьба Отшельника и вирнов не прекращалась. Казалось, они все вместе катались по земле, пытаясь найти его уязвимое место. Кровь с силой заливала землю вокруг, и Лэниэль стремительно теряла силы для сопротивления.

— Норд, — прохрипела она, — я…

Один из них заскулил, когда Мечник с силой откинул его ногами, а второго поразил плоской частью меча прямо по макушке. Не сумев прокусить его демоническую сущность, они отступились, поджав хвосты, и рыча, попятились в лес, когда он поднялся на ноги.

— Помощь пришла, — попытался успокоить он то ли себя, то ли угасающую девушку, разжимая пасти вцепившихся в тело животных, но голос его дрогнул.

Еще несколько мучительных минут он боролся с ними, теряя драгоценное время, пока они, изрядно помотанные, с окровавленными от эльфийской крови мордами, не скрылись в чаще.

— Почему ты их… не убил? – она зажимала раны руками, но кровь все же с силой сочилась меж пальцев.

— С меня хватит бессмысленных убийств.

Отшельник бегло осмотрел ее раны, и к счастью, лишь часть из них могла нанести ей сильный вред. Надо было срочно остановить кровопотерю, пока она цеплялась за жизнь. Нога пострадала меньше – они не добрались до костей, но плечевой сустав был искалечен, как и часть костей, проходящих у предплечья.

Но это все было поправимо. Склянки, выпавшие из сумок, были разбросаны по земле, и он судорожно искал лекарственные настои, перемазывая этикетки в крови.

Он влил в ее рот сильное средство, позволяющее тканям и коже затянуться, но она уже безвольной куклой повисла на его руках. Раны начали затягиваться, но выглядела она очень неважно – лицо было почти белым, и он не знал, чего ему стоило ожидать.