Пароль: рододендрон

И как только додумалась его от нас прятать?

Я еле сдержалась, чтобы не спросить, про какого такого Лешку она говорит, но вовремя прикусила язык. Это же он мне представился Алексом, а для девчонок — Алексей, ни дать ни взять.

— Ксю, у меня времени нет, — посетовала я. — Как вернусь, поговорим обязательно. — Вот как отдохну как следует и решу, что можно рассказывать, а о чем лучше умолчать.

Подруга надула губы, но спорить не стала — уж очень она любила безрассудства и приключения.

— Но как вернешься, непременно расскажешь! — погрозила мне пальцем и забрала переноску с котом.

— Не переживай, о Нафаньке позабочусь. Отдыхай там за всех нас!

Я улыбнулась ее энтузиазму. Самой хотелось прыгать. Это сладкое слово — свобода!

— Ну скажи хоть, где ты его нашла? — взмолилась Ксюша.

Я опять чуть было не ляпнула: «Кого?!» — но тут сообразила. Пожала плечами.

— Сам нашелся.

Именно что сам!

— Симпатичный, галантный, — не унималась подружка. — Не чета этому самовлюбленному Костику. Ясно теперь, почему ты дала тому от ворот поворот.

Еще бы, такого красавчика отхватила. Блин, капец как я рада!

На «красавчике» мои брови невольно поползли вверх, но комментировать эту тираду я не стала.

— Ксюш, мне пора, — напомнила, не дав подруге разойтись на всю катушку.

Она закатила глаза, но сдалась и порывисто обняла меня на дорожку.

— Удачи, — шепнула Ксюша мне на ухо, — оторвись там по полной…

Домой я вернулась только затем, чтобы проверить, все ли в порядке, и с легким сердцем оставить квартиру без присмотра на целые две недели.

Обошла все помещение, проверила выключатели, перекрыла воду в ванной, отключила уже опустошенный холодильник (уж не знаю, откуда это повелось, но я всегда боялась замыканий).

Когда делала по квартире последний круг, чтобы удостовериться, что ничего в спешке не забыла, что-то стукнуло за спиной. Я обернулась, ожидая увидеть, ну скажем, упавшую со стола книгу… Короче говоря, ожидая чего угодно, но только не того, что увидела на самом деле — в моей комнате (в закрытой на ключ квартире!) стояли двое мужчин.

У меня даже дар речи пропал от удивления.

— Вы кто? — сумела-таки выдавить я.

Но отвечать мне явно никто не собирался.

— Где она?! — рявкнул один из непрошенных гостей так резко, что я подпрыгнула.

Какая еще, к черту, «она»? «Она моя — женский род», — в голове невпопад всплыло правило русского языка.

Вид у мужчин был недобрый. Оба здоровые, высоченные, накаченные, этакие вышибалы.